Кодекс Императора II

— Тогда почему он находится под семью замками и считается опаснейшим артефактом уже много столетий, если по факту он может помогать людям? Это же глупо…

Будучи младшим наследником российского престола, имея тайные агентские сети, доступ к базе данных империи и тайному аккаунту своего отца, я так и не нашел ответа на этот вопрос, сколько бы не искал. Но я продолжу поиски.

За все свои жизни я вынес для себя один урок или даже правило: кто ищет, тот найдет, рано или поздно. Так что это вопрос времени, когда все тайное станет явным.

— Ладно, идем повеселимся, — говорю я.

— О! Завалим кого-то? — радуется Алина.

— Но как мы еще можем повеселиться?

— У тебя только одно на уме, — усмехаюсь я.

— Потому что это меня по-настоящему радует! А еще шоппинг! Кстати, вы помните, что завтра у меня выходной? Вы обещали.

— Да хоть каждый день.

— Каждый день не надо, только завтра! Но вы не переживайте, за вами присмотрят доверенные люди.

Вместо ответа я улыбнулся. А Алина продолжила:

— Оу! Вам не жалко старика? — спрашивает Алина.

— К таким, как он, у меня осталось мало жалости.

А жаль, что убрать его не так-то просто и не полезно. Да и с последствиями придется разбираться, если это будет физическое устранение. Точно снежная лавина, когда маленький камешек обрушивает за собой огромную волну, от которой потом страдает не один город, а целое государство.

— Эдуард уже на месте, — говорю я.

— О! — удивляется она. — Это будет легендарно!

По коридору разносится ее зловещий смех, от которого даже у меня по спине пробежали мурашки.

Сегодня Виктор Степанович крайне плохо спал. Ему снились кошмары.

Он понимал, что находится во сне, но не мог оттуда выбраться, как бы не пытался. Ему были знакомы техники выхода из осознанного сна, но почему-то сегодня ни одна из них не срабатывала… И это пугало. Пугало по-настоящему.

Канцлер сражался с самыми опасными тварями. Но больше всего напугали его не они… Был момент, когда Виктор Степанович стал ребенком, играющим с настоящим мечом у себя во дворе, и на него напала большая собака.

Виктор Степанович страдал. Он стонал сквозь сон, сам того не осознавая. Это все продолжалось невероятно долго. Как будто сон длился несколько дней или же… целую вечность. Раз за разом продолжались битвы, нападения.