Кодекс Императора II

И каждый раз из подсознания всплывали самые страные битвы его памяти, начиная с самого детства. И каждый раз он проигрывал, даже если в жизни одержал победу.

Наконец он проснулся, поднялся с кровати и тяжело вздохнул. Осмотрелся, понимая, что за окном еще ночь.

Дыхание отказывалось восстанавливаться. Еще раз проанализировав все произошедшее во сне, Виктор Степанович понял, что нужно снова обращаться к менталисту, чтобы почистить магический фон. Не просто так это все происходит, ой, непросто… Это все последние встречи и события, они плохо влияют на него.

Он заражается негативной энергией, сам того не замечая.

Канцлер отошел к столу попить воды. Налил себе полный бокал. Залпом выпил, поставил его на стол, обернулся и заметил, что в комнате кто-то есть. Виктор Степанович был опытным бойцом и не стал впадать в панику.

— Кто ты? И как сюда проник? — бросил он незнакомцу.

Вторженец не отвечал. Вместо этого он сделал несколько шагов вперед.

И тут Виктор Степанович опешил.

Перед ним предстало настоящее чудовище.

Изуродованный мужчина с кривыми зубами. Половина лица в ожогах, одного уха вовсе нет. Четкой деталью его образа был огромный топор, которым можно было разделывать мясо. Он весь был грязи и крови.

Незнакомец замахнулся.

— Остановись! Что ты делаешь? — прокричал Разумовский.

Он активировал дар на полную.

Артефактная защита в его комнате схлопнулась. Хотя он заранее усилил это место, чтобы никто не мог потревожить его сон. Особенно убийцы.

Разумовский сам не ожидал от себя, что испугается подобного.

Но он ринулся бежать!

Оружия поблизости не было, голова плохо соображала.

Нет! Разумовский заставил себя остановиться и собраться.

Виктор Степанович концентрирует энергию в руках, направляет её на незнакомца. Вспышка! От взрыва тело незнакомца разворотило, впечатало в стену. Грудная клетка была напрочь разорвана.

Виктор Степанович с облегчением выдыхает и подходит к убитому.

— Да, это было близко. Напугал ты меня. Но, увы, увы, всё закончилось, — говорит канцлер.

А сам думает, как бы усилить защиту своих покоев, чтобы такого больше никогда не повторилось.

Незнакомец внезапно поднимает голову и усмехается. Губы кривятся в ужасной ухмылке:

— Для тебя это только начало. Добро пожаловать в свой самый страшный кошмар, — хриплым голосом говорит тот.

Глаза Разумовского расширяются, и он снова просыпается.

Виктор Степанович сидит на кровати и не понимает, это было. С ним никогда такого не было.