— Это мы вам с сестрой и так обеспечим, бонусом.
— Тогда хотел бы услугу в пределах разумного. Ничего крамольного или финансового, никакого лоббирования подонков или ещё чего-то подобного, — я пожал плечами, — жизнь длинная, род у меня пока захудалый. А такого норовит обидеть каждый. Поэтому хотелось бы иметь возможность обратиться за заступничеством.
— То есть деньги, артефакты из императорской сокровищницы, макры или выгодная партия, — Мария как бы невзначай стрельнула глазками на Светлану, — вас не интересуют?
— Всё верно, Ваше Императорское Высочество, не интересуют.
Всё это я добуду самостоятельно, особенно согласие будущей супруги.
— Так тому и быть, — подвёл черту нашим переговорам Андрей, останавливая взмахом руки хотевшую продолжить дискуссию сестру. Наследник снял с пальца невзрачный перстень с яшмой. Камень легко соскользнул с навершия, обнажая тонкий шип. — Я, Андрей Петрович Кречет, даю согласие на приоритетное рассмотрение императорской семьёй прошения предъявителю сего перстня в благодарность за спасение особ императорской крови.
Игла вкусила крови наследника, и камень приобрёл насыщенный оттенок охры."
"— Позволите и мне сделать кровную привязку? — попросил разрешения у наследника, — не хотелось бы, чтобы нехорошие люди могли воспользоваться таким щедрым даром.
Андрей кивнул и передал мне перстень с иглой.
Я не стал повторять формулировку наследника, просто уколов палец. Камень снова сменил цвет с охры на спелый гранат.
Перстень занял своё место у меня на пальце, придавая уверенности.
Пока мы проводили церемонии, неугомонная натура Марии всё-таки добралась до купола над цветком, осторожно сняв стеклянную колбу. Роза, словно живое существо, потянулась лепестками, расправила их, улавливая солнечные лучи и разбрызгивая по комнате переливы радуги.
— Ай, — вскрикнула принцесса и засунула указательный палец в рот.
— Любопытной Варваре… — со вздохом прокомментировал принц, глядя на сестру, но та прервала его на полуострове:
— Смотрите!
На лепестках цветка набухали прозрачные капли.
Они искрились в лучах солнца, соскальзывая с поверхности и, кажется, усиливая аромат. Роза плакала.
— Ей очень жаль, что она причинила вам боль, поэтому она извиняется, даруя возможность насладиться более сильным ароматом, — объяснил я происходящее. У принцессы в глазах плескался чистый незамутненный восторг.
