— Спасибо, Тиль! Ты — лучшая! — поблагодарил подругу. — Как вернусь, с меня подарок!
— Знаю я твои подарки, то цацки, то зелья какие-нибудь! — пробубнила подруга, — хоть бы раз удивил за двести лет!
— Будет тебе сюрприз! Обещаю!
* * *Кажется, я перехвалил портальные свитки. Мне оставался всего один перенос до школы, когда что-то пошло не так. Это я понял, пролетев пару секунд в свободном падении и рухнув в воду. Одежда намокла и тянула ко дну.
А хрен вам, на костре не сгорел и в воде не утону!
Я старательно работал руками и ногами, выплывая на поверхность.
Благо, что закатное солнце подсвечивало алым светом направление.
Отплёвываясь и фыркая, я осмотрелся по сторонам. Красота неимоверная, белые мраморные стены карьера, затопленного водой, изумрудная зелень лесов, старые мостки над водой… И я поплавком болтаюсь посредине. Красивое место, странно, что не туристическое.
Определив на глаз, где берег более пологий, я поплыл. Физическая активность способствовала мыслительному процессу. Нужно узнать, как называется карьер и привезти сюда Тильду.
Она любит природу, должна оценить. А здесь красиво, романтично и можно поплавать в её истинном облике при желании.
С такими мыслями я выбрался на берег, чтобы обнаружить, что портальные свитки окончательно и безвозвратно испорчены. Вот тебе и магические свитки с защитой от всего и вся.
Руки оторвать и в жопу засунуть таким бракоделам! Они же стоят целое состояние! Мало того, что закинуло в задницу мира, пусть и красивую, но всё равно в задницу, так ещё и выбираться отсюда своим ходом.
Пришлось связаться с Пауком, предупредить, что задержусь.
— Помощь нужна? — моментально всполошился кровник.
— Если только знаешь все затопленные мраморные карьеры в радиусе ста километров от Петербурга.
— А зачем? Используйте ещё один свиток, — в растерянности ответил Паук.
— Сижу я такой весь мокрый, сушу одежду на закатном солнышке и дай, думаю, отпуск себе устрою, — съехидничал со смешком. — Нет у меня рабочих свитков, партия бракованная вся. Хорошо, хоть не расщепил в пыль при переносе.
Так, искупал немного.
Теперь уже я слушал, как цветасто ругается Паук.
— Михаил Юрьевич, может, к Комару обратиться? — с надеждой предложил кровник.
— Отставить панику, — уже со смешком я успокаивал Паука. — Вы же нас сами на марш-броски готовили, а тут ещё и силы при мне. Выберусь. Как только найду кого живого, так и выберусь. Вы уж там не убейте наших неудачливых покушенцев.
— Посидят в карцере, им полезно будет, — буркнул Паук.
