* * *
Борис Сергеевич Подорожников наблюдал образование весьма странного женского сообщества, основанного на симпатии к одному представителю мужского пола, а именно к Михаилу Комарину. Вначале в это сообщество входила азиатская иллюзионистка Тэймэй Инари, лечащая его внука, и его собственная дочь, уже накануне заявившая, что Комарин предложил ей помолвку. Сейчас же к этому дуэту присоединялась эксцентричная и экзотичная подруга Михаила Тильда, которая куда-то пропала после битвы с магом смерти и появилась сегодня на пороге их дома с неким спутником, лишь отдалённо напоминающему Борису Сергеевичу кого-то.
Сам Подорожников ещё полчаса назад связался с Орловым по ситуации с будущим зятем и получил ответ, что тот в курсе проблемы и уже предпринял шаги для её решения. Большего сам Борис Сергеевич сделать не мог, разве что отпустить дочь в Адлер лечить Комарина после пыток, самому ему путь туда был заказан. Императорский график не предполагал отлучек на юг страны.
Задумавшись, Подорожников не сразу услышал вопрос, заданный детским голосом:
— Борис Сергеевич, а вы можете нам помочь добраться в Адлер?
Внук смотрел на него с затаённой надеждой, едва удерживая шипящего и выдирающегося из рук белого котёнка-альбиноса с алыми глазами.
— Андрей, а ты почему не спишь? — поинтересовался Подорожников у мальчика, при этом обдумывая ответ на его вопрос.
— Я же слышу, что что-то происходит, весь дом на ушах стоит, — по-взрослому отвечал Андрей, — да и кошечка стала вести себя очень странно! Даже во время войны родов Имяул такой не была, а сейчас места себе не находит.
Подорожников не успел ничего ответить, когда за спиной услышал голос Тильды:"
"— Имяул — фамильяр, она чувствует, когда партнёру угрожает опасность.
— Вот и я о том же! — поддержал Андрей фиолетововолосую красавицу. — Что-то не так, и кошечка это чувствует, но сказать ничего не может.
Мальчик пытался успокоить котёнка, но тот мяукал, и чем дальше, тем заунывней. В какой-то момент Имяул вздыбила шерсть, зашипела и… исчезла.
* * *
Полозов Иван Николаевич недоумевал, поднимая свой отряд по тревоге.
Им и раньше случалось уходить на задания в ночь, но чтобы ориентировка пришла лично от Турова, да ещё и на штаб Геральдической службы в Адлере…
Полозову сунули под нос газету с портретом какого-то графа Комарина и приказали вытащить того из лап геральдистов, стараясь при этом никого не убить.
Приказы не обсуждаются, но про себя пластун подумал, что влезать в разборки двух ведомств себе дороже.
