Орлов его не торопил, давая возможность Петру Алексеевичу осознать и принять ситуацию, — чисто теоретически он будет первым магом за несколько тысяч лет, которому удалось поднять силу с помощью божественных артефактов разных родов. Как думаешь, ему кто-то подсказал или сам догадался?
— Думаю, он вообще не понял, что произошло, за что и поплатился, — высказал собственные выводы из происходящего вокруг Комарина Данила Андреевич. — У него своих проблем хватало. Он просто пытался выжить любыми доступными способами, даже самыми рискованными.
— Эк ты его защищаешь, Данила… — с подозрением в голосе отозвался император, — ладно бы ещё Боря так старался, всё-таки зять будущий, а ты-то чего?
— Можешь не верить, но есть в нём понятие чести. Мне командир орловцев рассказал про ритуал прощания с погибшими… Там взрослые мужики слезу пустили, когда он души своих от грязи очищал, а сам в корчах трясся. Был бы у меня сын, хотел бы, чтоб на него походил характером, — с нотками сожаления признался министр обороны.
— Так работай в этом направлении, а не сантименты разводи, Данила! — отрезал император, — ты — мужик не старый! На тебе ещё пахать и пахать в спальне можно! Вот освобожу тебя от должности и отправлю на пенсию, будешь знать! И пока дюжину детей не настрогаешь, обратно на службу не приму! — то ли пошутил, то ли приказал всерьёз Пётр Алексеевич.
— Упаси Орёл! — отказался от подобного счастья Орлов, — прошу простить минутную слабость, Ваше Императорское Величество!
— Пошутили и будет, — проворчал император, — если парень выживет, поговорю с ним лично.
А пока готовься воевать на два фронта. Кроме тебя, за Комарина вступиться некому. Мне в ваших разборках с Зубровым и Медведевым придётся быть максимально беспристрастным.
* * *"
"Тэймэй мне, конечно, как могла, объяснила технику создания пространственного убежища для сознания, но уже первая же попытка показала, что я что-то понял или сделал не так. То ли химия в крови повлияла, то ли моя абсолютная неосведомлённость в магии иллюзий, но вышло у меня всё криво.
Насколько криво я осознал практически сразу, когда вместо иллюзорного пространства внутри собственного сознания меня выкинуло из собственного тела.
Сказать, что я испугался, было неправильно. Я был в ужасе. Как-то так описывали святоши в моём родном мире смерть. Душа должна была потерять связь с телом и отправиться на перерождение. Я, честно говоря, считал это всё выдумкой, ведь уже умирал на костре, и там ничего подобного не происходило.
