— Ну да! — не понял я намёка, — ты же тоже своего Клеща слышала.
— В том-то и дело, что в первый раз в жизни услышала! А остальные тут вообще для богов недоступны, будто умерли! А у тебя прямая связь с божественной канцелярией! — Не знаю, чего было больше в этой фразе, возмущения или восхищения. — Кто же ты такой, Клещ, тебя засоси?
— Комарин, барон Михаил Комарин, — шутовски откланялся, словно на приёме во дворце. Была бы шляпа, ещё бы и землю ей помёл.
— Паяц! — укоризненно покачала головой Агафья, — но везучий, этого не отнять!
— Они тоже так говорят, — показал пальцем в небо и подмигнул.
— Даже не хочу знать, кто эти они! С меня на сегодня хватит впечатлений и информации! — рассмеялась кровница. — В общем, будешь подыхать в очередной раз, зови! Поучаствую в вечеринке!
На этом Агафья так же шутовски отвесила мне реверанс и смазанной тенью исчезла между деревьев. Вот это скорость…
Глава 2
Светлана не находила себе места. Выполняя приказы инструктора, она то и дело всматривалась в озёрную гладь в попытках рассмотреть противоположный берег.
Только человеческий взгляд не мог дотянуться за двадцать пять, а то и все тридцать километров. Света бездумно рубила сухие ветви и собирала хворост, помогала устанавливать палатки для детей, проводила ревизию продуктов для экономного распределения. Делала всё, что прикажут, но сердцем была не здесь.
В первые Света поняла мать, которая так же не находила себе места, пока отец работал в полевых госпиталях. Мать изо всех сил занимала всё свободное время делами: воспитание детей, управление домом и поместьями, работа в благотворительном фонде, лишь бы не оставаться один на один с грызущим чувством тревоги.
Почему они все просто не сбежали вместе с курсантами и жителями Малых Трясинок? Почему именно дорогие её сердцу мужчины должны рисковать своей жизнью?
Света не один раз малодушно задавала себе эти вопросы, но она же и знала верный ответ: потому что присяга. Военный объект не бросают на произвол судьбы, потому что страшно или потому что маг смерти стучится в твои двери.
Отец — военный, хоть и лекарь. Судя по поведению Винограда /Комара, он тоже."
"«Боги, Света, ты вляпалась по самое не могу! Ты даже не знаешь настоящего имени парня, а волнуешься о нём наравне с отцом!»
Имя-не имя, но стержень либо есть, либо его нет. В его случае за раздолбайским поведением скрывались спокойствие, уверенность и сила. Способность защищать слабых любой ценой, даже ценой собственной крови.
