— Представь, что против тебя выставят тебя же, но в самом расцвете сил, а ты на данный момент лишён примерно четверти своих возможностей, — коротко охарактеризовал я размер той задницы, что разверзалась прямо сейчас вокруг.
Эрг молчал примерно с минуту, размышляя над услышанным.
— Ты отрезан от части старых возможностей, но приобрёл новые! Не забывай об этом. Быть эргом — это не просто пользоваться магическим даром, это чувствовать и понимать силу, дарованную природой, и находить её отражение во всём, что тебя окружает.
Да, со стихийной магией всё гораздо проще. Но и магия крови столь же древняя, как и любой из миров. Что есть вода? Вода — кровь всего живого на земле! Что есть огонь? Огонь — тепло жизни, сосредоточенное в крови. Что есть земля? Земля — некогда вырвавшаяся из глубин кровь мира, остывшая и разрушившаяся под воздействием ветра, солнца, дождей. Что есть воздух? Воздух — жизненно необходимый элемент для всего живого, переносимый опять же кровью. Воздух есть и в воде, и в огне, и в земле.
Всё есть кровь, и всё есть жизнь!
— Хочешь сказать, что кровь — пятый элемент всего сущего, связующее звено? — попытался я провести аналогию.
— Хм, пожалуй, нет, — возразил эрг. — Я бы поставил её отдельно от квартета всем известных четырёх стихий.
— Но и отдельно она стоять не может, ведь она плотно завязана на жизнь и смерть. И на энергию, — мне казалось, что я, блуждая во тьме, обнаружил нечто ценное, совершенно неочевидное для других, но времени обдумать находку мне не дали.
Королевская яхта причалила к пирсу, потерявшись на фоне стен громадного мрачного форта.
— Райо, у меня будет просьба, — обратился я к эргу, даже не зная, сможет он её выполнить или нет. — Как только я выйду на арену, закрой нас каким-нибудь куполом, чтобы остальные не могли видеть происходящего внутри.
— А как же помощь?
— Это и будет помощь. Если я одержу победу, возникнет слишком много вопросов к уровню моей силы, а мне бы не хотелось привлекать внимание. А если проиграю, то я не хочу, чтобы дорогие мне люди видели мою смерть и погибли, попробовав вмешаться.
Дракон молча кивнул, но в глазах его стояла укоризна. Он мог быть сотни раз не согласен с моими доводами, но согласился выполнить просьбу.
Мы следовали по пирсу к крепости под пронизывающим ветром. С неба вместо привычных пушистых снежинок срывался ледяной дождь. Я подставил лицо каплям, что жалили словно осы, и каждой клеточкой тела чувствовал жизнь, вдыхая влажный промозглый воздух.
