— Вот теперь потанцуем! — голос соперника показался ей слегка пьяным, но она не придала тому значения.
Громила принялся двигаться с такой скоростью, что зрители на трибунах потеряли его из виду, замечая нечто наподобие смерча с мелькающими внутри лозами винограда. Смерч кружил по площадке, но не находил своего врага. А всё потому, что Кирана растворилась в снегопаде. Как когда-то в Восьмиречье охотница ушла на совершенно другой план восприятия, где время течёт значительно быстрее. Рождение, жизнь и смерть одной снежинки могли занять лишь несколько секунд.
В этот момент она была такой снежинкой. Каждой снежинкой в пределах этой арены. Потому резкое ускорение соперника не стало для Кираны неожиданностью. Скорее улыбнуло.
Ей искренне понравилось, что громила оказался с сюрпризом, а потому она даже чуть замедлилась, чтобы равноценно обмениваться с ним ударами. Они кружили по арене, напоминая смертельное танго ледяного безмолвия зимы и весеннего пробуждения жизни и зелени.
В ход пошло оружие. Клинки мелькали с чудовищной скоростью, но не доставали своих врагов.
Когда бородач зажал в руке очередной макр, его взгляд потерял всякую осмысленность и стал безумным.
— Э, нет! Так дело не пойдёт!
Кирана ускорилась и спеленала соперника его же лозами, вот только вырубить его никак не удавалось. То ли побочный эффект от макров, то ли просто голова противоударная оказалась, охотница разбираться не стала. Потому спустя несколько секунд на песке арены лежал, обездвиженный, словно младенчик, и безумно матерящийся громила, а Кирана обращалась к судье:
— Прошу лекаря на арену, соперник не в себе от передозировки макрами.
Владыко лично проверил беснующиеся зрачки бородача и махнул рукой, вызывая бригаду лекарей.
— Из-за несоблюдения правил дуэли, а также использования стимуляторов Виноградов Григорий Петрович больше не сможет продолжить бой и признаётся проигравшим, — в тишине объявил судья. — Объявляется пятнадцатиминутный перерыв перед следующим поединком.
И уж чего точно никто не ожидал увидеть, так это появления посреди арены лоз винограда из-под песка, живо сплетающихся в арку. Между лозами замерцала плёнка изумрудного оттенка, очень похожая на стенку мыльного пузыря. А спустя секунду плёнка лопнула, представив удивлённым взглядам присутствующих незнакомца со смуглой кожей, тёмными глазами, чуть вьющимися волосами и чётко выбритой бородкой.
