Хороший был доспех, но не для этого случая.
Все сплетение энергетических каналов находилось в том месте, куда я ударил. Это было разумно, когда тело прикрывает мощный нагрудник, самый прочный предмет брони у снаряженного воина. Вот только сейчас из брони на самоуверенном герцоге был только парадный мундир. Получив чрезвычайную нагрузку, доспех сразу треснул.
Конечно, его тело почти не получило урона, и он успел отпрыгнуть. Вот только он думает, что успел, но на самом деле, я позволил ему это сделать.
— Что случилось? — вежливо спрашиваю его, а сам ухмыляюсь.
Только не так похабно, как прежде он, а... кровожадно. А еще на его лице застыло... недоумение? Кажется, он еще не понял, что встрял.
Дальше настал мой черед, и я напал. Действовал простыми, но точными ударами. Меч Андросова даже не замечал энергии, которую я в него посылал. Я, кажется, могу загрузить в него все, что имею, а он даже не почувствует. Вот теперь мне стало не по себе. Сколько же нулей после цифры я держу сейчас в руках? Кажется, это меч не один из многих, а тот самый, которым владеет первый наследник.
Дроздов судорожно попытался снова подвесить доспех, отбиваясь от моих, пока неторопливых выпадов. Я позволил ему это сделать. Ничему дурака жизнь не учит! Он полностью повторил рисунок доспеха, то ли решив, что у меня вышло это случайно, то ли, растерялся, и не смог перестроиться по ходу. Странно, как для лихого офицера с военным опытом! Хотя... Сколько ему лет? Двадцать пять, плюс-минус? Что это по-сравнению с МОИМ опытом?
— Это не было случайностью, — с улыбкой сказал я.
— Что? — удивился герцог.
— Вот это! — снова финт, шпага отведена, на этот раз я вломил ему с ноги. Доспех снова проломлен, а на белом мундире появился грязный отпечаток моей туфли.
Похоже, до этого дурачка, наконец-то, дошло. Доспех он уже не ставил, чтобы не потратить окончательно всю свою энергию, а влил её в быстроту и силу. В принципе, он был неплох. Всяко лучше того же Андросова, но недостаточно хорош для меня.
Через пять минут его красивый мундир был разрезан на лоскуты, из многочисленных неглубоких порезов сочилась кровь, скула была рассечена, бровь разбита, но он упорно бросался на меня. Вот уж упрямый баран!"
"— Может хватит уже? — я отпрыгнул сторону, и обратился к судьям. — Он сейчас истечёт кровью, как свинья на скотобойне!
— Убью! — заорал герцог, бросаясь на меня, мало что уже видя и соображая, и при этом, позабыв все свои навыки и умения.
