— Косяку Хироси Минамото, — кивнул молодой человек.
«Минамото… Минамото… Знакомая фамилия. Откуда–то я про неё слышал», — задумался я. И да, титул «косяку» был аналогом нашего «князя».
Японец выглядел уверенно, и даже заносчиво, презрительно глядя мимо меня, но тщательно рассматривая Марию. Его взгляд мне очень не понравился. В отличии от других невозмутимых японцев, по его взгляду было видно, что он раздевает девушку глазами, похабно при этом улыбаясь.
— Барон Галактионов, — сказал я.
И вот тут оба наших соперника, да и сам судья изумленно уставились на меня.
Не хватало только отвисших челюстей.
— Да, ла–а–адно-о-о… — протянул японский князь. — Барон?!
Судья ничего не сказал, лишь только кивнул. Хотя, во взгляде у него промелькнуло… сожаление? Он начал оглашать правила.
Девушки выбрали бой до первой крови. Лайт–вариант дуэли. Хотя Долгорукова хотела «до пощады», но тут уж я её отговорил, особенно после того, как узнал причину их конфликта.
Новодворская всего лишь распустила сплетни, слегка приукрасив ту информацию, которую Мария по–дружески ей доверила.
Она не вдавалась в подробности, но это что–то было связано с мужским полом. Я не стал выпытывать подробности, эти аристократические заморочки меня мало интересовали. Я бы точно не стал лететь через полмира, чтобы потребовать сатисфакции. Но я уважал гордость княжны.
Кстати, смертельные дуэли были полностью запрещены на территории Японии. Нарушители, граждане Империи, карались сурово. Иностранцы депортировались с огромным штрафом, либо их заставляли отрабатывать.
Как я понял, находясь в состоянии перманентной войны с тварями, японцы ценили человеческую жизнь, как никто другой. После того, как я получил эту информацию, я зауважал их ещё больше. Невольно вспомнив «расслабленную» Европу, где благородные аристо убивают друг друга ради забавы. Их бы сюда, на передовую. Ну, или хотя бы внутрь Периметра под Иркутском. Мечты–мечты…
Секундантов, то есть нас, попросили отойти в сторону.
Я без задней мысли встал поближе к Минамото, который внезапно, с брезгливым выражением на лице, отошел в сторону.
— Не приближайся ко мне, гайдзин, — выдавил он.
Я просто ухмыльнулся, и пожал плечами. Хрен с тобой.
Девушки готовились к бою, ожидая отмашку судьи. А сзади послышалось:
— Привет, барон.
Я оглянулся. Ко мне подошёл невысокий полноватый парень, рязанской наружности, с графским перстнем."
"— Граф Патрикеев, — представился он.
