Кодекс Охотника. Книга XXXIII

Все же это оружие имело и телепортационные свойства. Думаю, в будущем я и сам смогу пользоваться им, как только разберусь в его устройстве.

Момент, когда Затупок активировал клинок, я сразу заметил, так как начало ужасно фонить. Энергия застоя, вот что это было. Она рванула во все стороны, отчего Пупсик сразу сдох, Шнырька прижался ко мне, а я успел закрыться своей аурой, которая и отбивала это спонтанное нападение.

Энергетический застой — неприятная штука. И случается временами в артефактах, которые долго лежат без дела и используют очень специфические энергии.

Но как бы мощно это не было, но оно быстро сошло на нет.

— Прикольно, правда? — спрашиваю у Шнырьки.

Ему не было так весело, как мне, и он лишь скривился. Наверное представил себе, как мог попасть под такой удар.

Старые и древние артефакты, и правда, не игрушки.

Я уже думал, что это конец, но на фоне красного неба раздался новый звук, и это был гул. Повернув голову в сторону звука, я стал присматриваться и обнаружил новых врагов, которых было еще больше. Эти твари были похожи на наших пчел, только очень крупные, а блестящие жала у них, кажется, из стали или чего-то подобного. Кроме того, их было столько, что если я останусь с ними сражаться, то вернусь домой только в следующем году.

Поэтому я подбежал к Затупку и, схватившись за меч, начал тоже активировать его. Там уже были вбиты координаты, и я очень рассчитывал, что это Затупок успел их ввести, а потому решил рискнуть. Выбора все равно уже не было. Ведь мне кажется, что эта планета, на которой я сейчас нахожусь, слишком голодна. Нужно быстрее валить отсюда.

Короткая вспышка и передо мной появляется портал. Я тут же его просканировал, не нашел никаких косяков, и быстро закинул туда Затупка.

Портал не закрылся, поэтому следом за ним туда вошел я…

Мидас сидел на своем золотом троне и смотрел вперед. Казалось, что он сейчас решает судьбу человеческих миров или думает, куда направить свой Орден. Ведь дети Мидаса были великой и самой жадной силой во всей Вселенной.

Однако сегодня его мысли были далеки от этого. Не так давно он смог вырваться из заточения и принялся разгребать дела, которые накопились.