Королевская кровь 10. Стальные небеса

И Ани напишу. Боги, знала бы ты, каково это. Хотя, — голос ее стал серьезным. — Ты-то знаешь.

— Знаю, — согласилась Пол, улыбаясь и вспоминая свое оглушительное счастье, когда, уже теряя сознание под ритуалом Владыки Нории, она увидела, что Демьян очнулся.

Муж и господин позвонил почти сразу, как Марина отключилась, ровно в половине третьего, и Полина с замирающим сердцем схватила со стола трубку, на экране которой высветилось его имя.

— Демьян? — позвала она осторожно.

— Здравствуй, Поля, — сказал он так устало, что ей стало невозможно совестно.

— Сильно сердишься? — проговорила она жалобно. Подошла к окну, прислонилась лбом к холодному стеклу, глядя на площадь, над которой вчера летала.

— Я не сержусь, я в ярости, — так же ровно ответил Бермонт, и Полина наконец-то услышала в голосе мужа рокочущее эхо того, что творилось в его душе. — Оттого, что ты могла погибнуть, Пол. Как бы я жил без тебя?

Полина поняла, что сейчас начнет рыдать, и поэтому перешла в наступление.

— Я тоже тебя люблю, — зашептала она горячо в трубку.

— Ты и взаперти найдешь приключения, — проворчал он, но уже без суровости. — Нужно было привыкнуть, что ты не можешь жить спокойно, заноза моя.

— Я могу, — Поля уныло водила пальцем по стеклу, выписывая "Демьян". — Не надо считать меня совсем безмозглой. Я и вчера хотела все сделать правильно, позвать на помощь, но эта стрекоза на людей собиралась броситься, понимаешь? Что мне было делать?

И она, торопясь, повышая голос на особо эмоциональных моментах, потрясая руками и шагая туда-сюда по кабинету, рассказала Демьяну обо всем, что случилось.

— Лететь за помощью, конечно, — ответил муж, выслушав ее. — Нужно всегда действовать рационально. Если бы она тебя догнала и разорвала, то жертв было бы больше: погибла бы и ты, и люди, потому что ты не успела бы позвать бойцов.

— Сейчас-то легко размышлять, — пробурчала она.

— Я бы попытался ее остановить, — согласился Демьян. — Но я многократно сильнее тебя, Пол. Нужно соотносить свои силы с силами врага. И помнить о том, насколько ты ценна для Бермонта. И для меня.

— И для тебя? — с нежностью переспросила Полина. — Очень-очень?

— Безумно, — проговорил он устало и тепло. — Мне хочется взять тебя за шкуру зубами и трясти, пока ты не поймешь, что не имеешь права рисковать.