Королевская кровь 10. Стальные небеса

— Разве ради этого вы не хотите выжить? — спросила вдруг совсем по-взрослому, словно разом перемахнула лет через двадцать.

— Хочу, — проговорил он, чувствуя, как тепло, мягко, непривычно расслабленно становится на душе. — Но еще больше я хочу сберечь вас, Алина.

Она вскинулась и только хотела что-то сказать, как слух его уловил в шуме ветра изменения. И Макс закрыл ей рот ладонью и неслышно, почти одними губами предупредил:

— Тссс. Мы не одни. И ветер в их сторону. Могут учуять.

Алина с ужасом подняла голову, наконец-то заметив, как усилился ветер.

— Не успеем улететь? — прошептала она.

Макс покачал головой и замер, прислушиваясь.

Человеческие голоса и верещание инсектоидов стали слышны сквозь вой и свист ветра через несколько секунд. Алина испуганно прижималась к стенке ствола, почти не дыша, Макс, стоя посреди, смотрел в сторону, откуда приближались враги. И слушал.

Он потом подумает, что опять расслабился и позволил себе потерять бдительность. Не сейчас.

Верещание стало громче, один из инсектоидов взвизгнул поблизости.

— Если начнется, — проговорил Тротт едва слышно, — вы бросаете меня и улетаете. Поднимаетесь как можно выше, чтобы избежать стрел: раньяров я не слышу, но все равно смотрите по сторонам. А затем летите вперед, чтобы восходящее солнце оставалось слева. Вам нужен такой же папоротник, как тот, в котором мы прятались от охонгов перед землями дар-тени. Помните? Винтовой, с запахом лаврового листа и алоэ — я видел такой шагах в двустах отсюда, когда осматривал вечером окрестности.

Она не стала спорить, лишь задышала тяжело и кивнула.

Визг раздавался теперь, казалось, со всех сторон, как и окрики наемников. Ветер доносил лишь обрывки, но Макс успел разобрать некоторые фразы:

— Падаль учуяли, что ли?

— Или самка тут пробегала?

— Да иди ты смирно, тварь.

Глаза Алины были огромными, сама она казалась бледной как полотно. Он слушал, поворачиваясь на пятках вслед за проходящими мимо, ветер усиливался, охонги начинали беситься…

— Да что с ними? Ведут себя так, будто… — услышал он, выругался, призывая Дезеиды, и тут тонкий ствол с нескольких сторон взрезали острые лапы-лезвия.

— Прочь, — рявкнул он, и она взмыла вверх, мгновенно скрывшись из виду. И он в следующее мгновение ударил крыльями по воздуху и вылетел из расщелины ствола.

В глаза било солнце, от ураганного ветра на миг загудело в голове.