– И приятного ничего нет, Александр Данилович, – укоризненно пробасил он, кое-как изворачиваясь и спуская ноги на пол. Сел спиной к кровати, помотал головой.
– В следующий раз будем понежнее, – пообещал Свидерский, улыбаясь. Взгляд ученика все еще был ошарашенным.
– Мне сейчас нужно будет еще раз заснуть? – Матвей кинул взгляд на Макроута, который пил молоко и чуть настороженно, но вежливо и со все большей охотой отвечал Алмазу Григорьевичу на многочисленные вопросы – почему не пошел учиться стихийной магии, раз способности у него есть, когда осознал родовую темную силу и так далее.
Алекс тоже посмотрел туда. Дед, когда нужно, с удовольствием изображал добродушного старичка. Сейчас он под видом болтовни потихоньку подбирался к вытягиванию сведений о Черныше.
– Боюсь, – покачал головой Александр, – придется перенести нашу следующую попытку на завтрашнюю ночь. Нужно время, чтобы восстановиться.
– И подумать! – нравоучительно вклинился Алмаз Григорьевич, хотя был увлечен разговором с Макроутом.
Алекс вспомнил, как, еще будучи ректором, Дед прекрасно слышал, что бурчали студенты ему в спину с другого конца коридора, и не гнушался раздавать за это взыскания. – Нужно подумать, – повторил Старов и поманил к себе кувшин с молоком. – Если мы будем повторять то, что уже делали, мы получим тот же результат. Мы и так сегодня выложились по полной, Саша.
– Это так, – нехотя подтвердил Свидерский.
– Значит, нужно что-то менять, а не тратить время. Экспериментировать. Взять накопителей? Действительно вызвать сюда Хань Ши? – и Алмаз Григорьевич приник к кувшину.
– Я думал привлечь Викторию с Мартином, – признался Алекс, – но у них сейчас прикрытие отступления, не вырваться. И Въертолакхнет с ними же.
– Может, Дмитро позвать? – застенчиво предложил Ситников. – Раз он все равно здесь. Мы с ним хорошо работаем вместе.
– Ты еще весь курс позови, – ехидно отозвался Дед. – Как же ваша секретность?
– У Поляны отличный резерв, – вступился за ученика Свидерский. – Но мне придется согласовать его участие с Управлением.
"
"Макроут и отец Олег терпеливо ждали, чем закончится обсуждение. Темный барон так и вовсе присел на софу с кружкой молока и опустил голову, словно задумавшись о чем-то печальном или задремав.
– Помню я его резерв, – проворчал Старов. – Как и болтливый язык, всю практику от его трескотни голова болела. Но потенциал прекрасный, не буду спорить. Я его даже, кажется, рекомендовал в помощники придворного мага в Рудлог.
