Тело его блестело от пота, лицо было бледноватым, под глазами залегли тени. – Наденете эту, – рубаха, которую он бросил ей, была еще влажной. – Но сначала поешьте.
Алина прижала к себе сорочку, улыбнулась."
"– Вы с утра очень заботливый, лорд Тротт. Хорошо выспались?
Он посмотрел на нее и дернул губами.
– Отлично, Богуславская.
– Тротт, – проговорила она нежно. – Леди Тротт.
Она так наелась, что от сытости снова захотелось спать – но пятая Рудлог, бесконечно сдерживая зевки, дошла за инляндцем к ручью. Живот ныл, но не так остро, как вчера, ноги были слабыми, а голова – слегка гулкой, словно набитой ватой.
Алина уже знала, что нужно пережить первый день, и затем станет легче, бодрость начнет возвращаться.
Они остановились у знакомого папоротника. Пока принцесса входила в воду, Тротт подобрал булыжник, уселся спиной к берегу и принялся точить ножи. Алинка мылась, стараясь не глядеть на себя – вдруг Матвей наблюдает – и старательно закрывая глаза, когда склонялась, чтобы потереть бедра или живот. Но зато вполне беззастенчиво глазела на то, как перекатываются мышцы на профессорской спине, как в такт подергиваются крылья.
Отвлеклась, обратив внимание на камень, который спутник иногда откладывал, чтобы проверить остроту лезвий. Необычный, черный, с наплывами. Такие лежали по всему берегу, и – принцесса посмотрела вниз – да, дно тоже было усеяно черным песком, среди которого попадались крупные окатыши.
– Вы заметили, какая тут вода? – полюбопытствовала она, принявшись застирывать нехитрые принадлежности.
– Теплая. Как на сопках. И будто слегка наэлектризована.
– Заметил, – откликнулся Тротт, не переставая работать точилом.
– А дно? – Алина зачерпнула черный песок, пропустила его сквозь пальцы, оставив в руке гальку. – Камни не вулканические, но будто оплавленные! И когда мы днем пролетали овраги, ручьи на их дне тоже текли по черным руслам, – добавила она.
– Все верно, Алина, – он словно подначивал ее продолжать.
– А на склонах оврагов мы видели черный слой, на котором ничего не росло.
– И какой вывод вы из этого сделали?
Принцесса улыбнулась – Тротт снова включил «профессорский тон». Умыла лицо, пофыркав; пальцами, как могла, зачесала назад короткие волосы. Осоловение понемногу отступало, и она направилась к берегу.
– Здесь много-много лет назад все горело так, что плавилась земля. Наверное, несколько тысяч лет прошло с того времени. Это не простой пожар, а что-то несравнимо мощное. И теперь родники вымывают черный песок и камни с глубины.
