Ты же не считаешь, что я могу подвергнуть тебя и Риту с матерью хотя бы малейшему риску?
– Я считаю, что тебе нужно перестать недоговаривать и преуменьшать опасность, – проворчала я неслышно, чуть откидывая голову назад: в вопросе отвлечения его светлость был очень подкован. – Ты сам сказал, что не знаешь, насколько быстро сработает моя кровь."
"– Зато я знаю, что за пару дней до оборота тело начинает ломать по ночам. И Луциус подтверждал, что так происходит у всех, – наставительно проговорил муж, не опуская руку. – Поверь, это настолько непередаваемые ощущения, что пропустить их нельзя.
Я предупрежу Тамми в письме о последствиях и о том, что если ломка начнется раньше его прибытия на фронт, то он должен связаться со мной. А на случай, если это окажется невозможным, попрошу Энтери отнести его в Милокардеры, туда, где на сотни километров вокруг нет поселений и можно обернуться, и поохотиться досыта. А ты пошлешь письмо Нории с просьбой найти их и помочь. Владыка опытен и крайне силен, он сможет и успокоить змея, и ментально пробиться к нему, и поучить на первых порах.
– Разумно. И когда ты успел все спланировать? – пробормотала я, чувствуя, как от движений его пальцев в моих волосах ушло желание спорить.
– Ночью, когда узнал, что Тамми жив, – в тоне Люка было столько ироничного самодовольства, что я фыркнула.
– Наслаждаешься собой, господин манипулятор?
– Конечно, – он коснулся губами моего уха и прошептал. – Детка, все-таки сапфиры на тебе – это отвал башки.
Я прикрыла глаза. От нежности. От вновь накатившей тоски.
«Как я не хочу, чтобы ты улетал».
– Ты ведь не позволишь снова себя подстрелить, Люк? – требовательно спросила я.
– Я очень постараюсь, Марина, – пообещал он серьезно. Прикусил камень, чертыхнулся, покосившись наверх: мурлыканье Ирвинса стало громче, – и проговорил шипяще: – Надо ос-с-становиться. Иначе слегка безмозглым и невменяемым сейчас стану я, а до отлета мало времени. И много дел.
– Очень много? – прошептала я ему в губы, и мы некоторое время увлеченно целовались – пока сверху не раздались поспешные удаляющиеся шаги.
Кажется, мы сбили Ирвинсу песенный настрой.
Люк отстранился и потряс головой, глядя на меня потемневшими глазами.
– Дела, – напомнила я ему со всей строгостью.
– Дела, – согласился он хрипло. – Пойдем в мой кабинет, детка, я хочу тебе кое-что показать. Приличное.
– Боги, – пробормотала я восхищенно, первой начав подниматься, – неужели лорд Дармоншир задумался о приличиях?
За спиной раздался короткий смешок.
