Он открыл глаза, увидев над собой ветки сухого дерева – сливы, кажется, – потянулся в шуршащем сене, повернулся набок и увидел на земле кувшин молока и тарелку с рисовыми булочками.
В отдалении у разобранного старого трактора возился немолодой мужик с обветренным темным лицом, характерным для жителей предгорных степей. Из дома тянуло едой, слышались голоса детей, зычный женский говор. Нервно визжали поросята, обегая Вея по кругу.
Мужик повернулся к нему, бросил взгляд на одежду незваного гостя.
- А, встал. Ты откуда взялся, молодой послушник? Из эвакуации, что ли? т своих отстал?
- тстал, – медленно ответил Вей, садясь.
- Ты ешь, ешь, - махнул рукой мужик. - Жена, как тебя увидела, вынесла. Эй, жена! – заорал он. – Мальчик проснулся! – И тут же снова обратился к Вею: - В дом бы постучался, зачем тут спал? Ешь, ешь!
Наследник хотел уйти, но есть хотелось безбожно – и он взял булочку, откусил, стараясь не торопиться, запил ее молоком.
Мужик одобрительно кивал головой и что-то бормотал.
На пороге на мгновение появилась крупная женщина с таким же темным лицом,исчезла, снова появилась, вынеся Вею ещё несколько лепешек с сыром. Подошла к мужу.
Было очень вкусно. И если подношения для наследника были в порядке вещей – он едва ли замечал их раньше, - то сейчас люди помогали бродяге, забравшемуся в сад.
- Боги, смотри, какой голодный, - услышал он шепот хозяйки. – Ты в дом иди, мальчик, – уже громко сказала она, - я лапши сейчас погрею.
На бульоне из жирной уточки!
Вей Ши покачал головой и встал.
- Спасибо, добрые хозяева, – проговорил он, стараясь, чтобы голос его не звучал высокомерно, и осознавая, что невольно подражает Мастеру Четери, – но мне нужно идти.
- Ты, наверное, в храм Триединого спешишь? – проговорил хозяин дома. – Подожди, пока я машину свою доделаю, помойся, хозяйка тебе одежду даст. Я тебя довезу. Быстpее выйдет.
- Благодарю, - сказал Вей терпеливо, – но я иду не в храм.
Скажите, далеко ли отсюда до города Менисей?
- Да куда в Менисей! – всплеснула руками женщина. – Пешком-то дня два, не меньше! Да и не пустят тебя, кордоны на дороге. Ты откуда пришел, что не знаешь?
- Издалека, – пробурчал наследник, отступая. Ему нужно было спешить, но Ши негоже было уходить, не отблагодарив за помощь.
Он, шагнув к сухой сливе, выпустил коготь и начертал на коре иероглиф «здоровье».
