Королевская кровь. Книга 3

Он сказал, — Кембритч ухмыльнулся, — что ни за что бы не поднял свои кости и не поехал ко мне, если б дед ему не завещал присматривать за мной. И что старик знал, что я вернусь и займу свое место. И что из меня выйдет толк. Иногда мне кажется, что вы все со мной как с душевнобольным ребенком разговариваете, Майло.

Тандаджи посмотрел на него черными блестящими глазами и улыбнулся почти ласково.

— Тебе не кажется, Кембритч.

Люк вышел из арки телепорта в своем лаунвайтском замке около половины первого ночи. Сразу поднялся в свои покои, быстро разделся и пошел в душ — смыть противный и липкий панический пот.

Тер себя мочалкой и осторожно прислушивался — не тянет ли обратно, не хочется ли снова? Но недавняя эйфория была будто спрятана под толстым слоем ваты. Мозг помнил, что было хорошо, но не бился в конвульсиях, требуя еще и еще. Вообще, конечно, занятный выдался вечерок. Будто он снова стал собой семилетней давности. Клуб, наркотики, шлюхи… будем надеяться, что это все было не зря и Билли укажет на заказчиков или хотя бы крышу двоих убийц.

И что, черт побери, у него с глазами?

Он чуть поморщился, вспомнив Софи. Помотал головой, вырубил душ. Вытираясь, вышел в спальню. Налил себе коньяка, закурил, выключил свет и прилег на кровать.

Внутри было пусто. И он, чувствуя себя последней сволочью, потянулся к телефону. Помедлил. И набрал номер.

— Да, — сонно ответила Марина. Голос у нее был приглушенный, недовольный.

— Расскажи мне что-нибудь, — попросил он хрипло.

«Только не отключайся. Мне так погано, Марина».

— Я сплю, — сказала она с сарказмом, — ты меня опять будишь. Этого достаточно?

— Маришка… — позвал он тихо и неловко. — Мариш. Поговори со мной.

Она зевнула, с подвываниями, и он улыбнулся, чуть расслабился.

— Ани вернулась, Люк. Цела и невредима.

— Сегодня? — уточнил он. Еще и эту проблему нужно решать.

— Ага.

— Хорошо, Марин. Надеюсь, что это хорошо.

— Она красивая стала, — осторожно произнесла она. — Как раньше.

— Мне это неважно, — ответил он искренне. Он хотел сказать, что ему сейчас вообще никто не важен, кроме нее, и что он последний ублюдок — но молчал, курил и прижимал трубку к уху.

Она чем-то шуршала в отдалении, затем раздался щелчок зажигалки — видимо, закурила.

— Я видела газету.

— Расстроилась?

— Было бы хуже, если бы там были фотографии. Нам… пока не стоит видеться, Люк.

— Да? — спросил он с иронией. — Я как раз думал о том, как нам встретиться.

«Снова коснуться тебя. Забыть все, что произошло».

Она фыркнула.