Королевская кровь. Книга 3

— Целый список, — легко сказала она. Не спросила — с чего вопрос, не удивилась. — Я вообще довольно злопамятна, как ты мог заметить. И второго шанса я не даю, Люк.

— Да. Прости меня, — сказал он сипло.

— Ты уже извинялся.

— Все равно.

Она снова зевнула.

— Мне на работу завтра. Спокойной ночи, Люк. В следующий раз, если разбудишь меня, я тебя покусаю.

Он засмеялся и, представляя, как она слушает его сейчас, медленно и хрипловато произнес в трубку:

— Буду расценивать это, как обещание. Спокойной ночи, принцесса.

Глава 25

Полина, Бермонт, вечер субботыВизит королевской невесты в Бермонт был официальным, что означало — пафосным и публичным. Предстояло выйти не из телепорта в замке Бермонт, а в центральном телепорт-вокзале Ренсинфорса, проехать по городу, якобы для осмотра достопримечательностей — а на самом деле, чтобы будущую королеву могли лицезреть восторженные жители столицы. Провести ужин с аристократами и высшими чинами из людей, усиленно стараясь не обернуться. И затем лечь спать — в своих покоях, но с дежурящими в гостиной, на случай, если Ее Высочеству что понадобится, придворными дамами.

Дамы отправлялись с ней пестрой свитой, якобы для того, чтобы быть достойной оправой для четвертой Рудлог и помогать ей, и уже неделю гудели о таинственных мужчинах-медведях, «таких же как консорт Байдек, но неженатых», пытались косвенными путями выяснить у Полины их предпочтения и срочно обновляли гардероб.

Видят Боги, она едва удерживалась, чтобы не заметить ненароком, что берманы обожают духи на основе чеснока и жгучего перца.

Среди пышущего энтузиазмом и гормонами дамского цветника была одна отрада — сухая и строгая статс-дама Марья Васильевна Сенина, которой было уже немного за пятьдесят, и которая про мужчин отзывалась с тонким юмором и превосходством. Видимо, к своему возрасту, так и не вступив в законный брак, она-таки успела вкусить прелестей сильной половины человечества и разочароваться. Сенина единственная беспокоилась о том, какое впечатление принцесса произведет на будущих подданных, и очень дипломатично и почти незаметно тестировала ее на предмет знания межгосударственного этикета, ловко отступая, когда Полли начинала звереть.

Пол, конечно, никогда не была поклонницей реверансов и уроков этикета, и часто в детстве намеренно игнорировала правила поведения, но в принцесс эти правила вдалбливали с трехлетнего возраста, так что опозорить дом Рудлог она при всем желании не могла бы.