Алинка сидела, склонив голову вперед, а лорд Макс методично обрезал склеившиеся пряди почти по самый затылок. Волосы, похожие на светлую, пропитанную грязью и кровью паклю, падали на землю, нож резал легко, и голова становилась легкой-легкой. Наконец, профессор остановился.
- Посмотрите на меня.
Алинка подняла голову - и инляндец, на мгновение задержав взгляд на ее лице, склонился очень близко и аккуратно обрезал оставшиеся у лица пряди, скользнул пальцами по волосам, словно проверяя, нет ли еще длинных. И тут же поднялся, собрал отстриженные пряди и пошел к костру.
Оттуда запахло паленым.
Алинка ощупала голову - волосы торчали клочками, падали на лоб, не закрывая глаз. Но запаха крови она больше не чувствовала.
- Спасибо, - сказала она тихо.
- Не за что, - буркнул Тротт. - Доедайте, Богуславская. У нас впереди очень долгий путь.
Макс Тротт
Пока принцесса послушно жевала мясо, Макс затушил костер, закрыл его снятым до разжигания пластом земли со мхом, присыпал ошметками папоротниковых листьев - и не определишь, что здесь что-то было.
Богуславская то ли от сытости, то ли от отдыха порозовела и сейчас с любопытством олененка крутила головой, наблюдая за Троттом и рассматривая лес. Глаза ее ещё были настороженными, под ними залегли тени, но лицо то и дело оживлялось, когда она на чем-то задерживала внимание. Истощена, руки тонкие, подрагивают от прошлого напряжения, губы бледные, воспаленные, а все еще не потеряла интереса к миру.
Инляндец направился к роднику - наполнить флягу, ополоснуться самому после соленой воды и охоты на крысозубов с утра.
Снял сорочку и, пока обливался, услышал мягкое шлепанье по мху. Обернулся, недоуменно поднял брови. Принцесса, сжав в руке обглоданную тушку и застенчиво прижавшись к стволу папоротника, у корней которого начинался родник, разглядывала Тротта с жадностью щенка, увидевшего косточку. Не лицо - плечи и грудь.
Крылья его непроизвольно шевельнулись, и лицо пятой Рудлог просветлело, она приложила ладонь к собственному плечу, попыталась прощупать что-то на себе.
И тут поймала его взгляд, смущенно дернулась назад.
- Я почти почувствовал себя драконом, - суховато сказал Тротт. Она медленно заливалась краской. - Я вам потом покажу, чем отличается наше мышечное и костное строение от человеческого. Мне тоже было любопытно. Захороните эти несчастные останки под корнями, будьте добры, и подождите меня там, где я вас оставил."
"Вернувшегося на поляну профессора встретил кристальной чистоты взгляд зеленых девичьих глаз.
