- Как удачно, - сказал он, и в голосе его слышалось облегчение, - у меня как раз завтра день рождения. Благодарю, Владыка. От всего сердца благодарю.
Три дня спустя, Иоаннесбург, Василина
Королева Рудлога упорно отказывалась от еды уже третий день. А так как от всего остального, связанного с управлением страной, отказаться возможности не было, ее величество таяла на глазах.
Байдек, глядя на изможденную супругу, молча напоминал себе, что он не должен ни словом, ни взглядом подрывать ее уверенность. И порывы настоять на том, чтобы она поела, северянин давил в зародыше.
Наверное, впервые он поставил что-то выше безопасности и здоровья супруги. Правда это «что-то» было прежде всего ее душевным спокойствием и верой в себя, и только потом - благополучием Рудлога.
Василина, отказываясь от пищи, все так же пыталась пить кровь, надеясь, что голод притушит рвотный рефлекс, но все так же ее выворачивало после первых глотков.
- Может, мне отказаться и от воды? - спросила она на второй день, когда отдышалась от тошноты.
Глаза ее были совершенно серьезными. - Думаю, жажда заставит меня воспринимать кровь как благо.
- Возможно, - как можно спокойнее согласился Мариан. - Но для начала попробуй обойтись только голоданием, Василина.
Если бы только он мог пройти это вместо нее! Но такой возможности у него не было - и он делал то, что мог. Поддерживал ее.
Ночью на четвертые сутки Василина спала беспокойно. Тело ее было холодным, она ворочалась и прижималась к мужу, и Байдек сторожил ее, слушая неровное дыхание жены и тревожный стук ветра в окна.
Ему почему-то было не по себе, будто предстояло что-то нехорошее.
Утром королева, позавтракавшая парой стаканов воды, посеревшая и тихая, пошла на очередное совещание. Глаза ее заметно посветлели, и Байдек, почти озверевший от тревоги и предчувствия, следовал за ней по пятам.
На совещании Василина, странно склоняя голову, обводила присутствующих взглядом все более светлеющих глаз, а в зале заметно холодало, и министры ежились.
Не сразу отвечала на вопросы, отрешенно взирая прямо перед собой - и то и дело поворачивая голову к окну.
- …в результате мы можем сейчас перекинуть к Дармонширу всего семь установок залпового огня… - говорил министр обороны.
В окно вдруг раздался стук - то, увлекшись, погналась за какой-то мушкой малая пташка. Василина снова медленно повернула голову на звук - и в наступившей тишине все услышали, как утяжеляется ее дыхание.
