Свенсен зарычал. В палате запахло адреналином и близкой дракой, и Демьян с усилием открыл глаза — чтобы наткнуться на укоризненный и чуть насмешливый взгляд шамана. Тайкахе в своих пестрых одеждах скромно, поджав ноги, сидел на полу, хотя в палате стояли и стулья, и кресла, и помахивал в сторону короля маленькой перьевой метелочкой. Перед ним дымилась маленькая плошка с травой, над которой парил небольшой кувшинчик с водой. Тайкахе махнул последний раз — и убрал метелочку за пояс, и тут же исчезло ощущение щекотки на коже.
Спорщики, рычащие друг на друга у дверей, пробуждения короля не замечали — и уже мелькали и клыки, и когти.
— Свенсен, — хрипло позвал Бермонт, преодолевая легкое головокружение и садясь на кровать. Берманы разом развернулись к нему — в агрессивных позах, с желтыми звериными глазами, — и почти синхронно поклонились."
"— Ровент храбро дрался, — сказал Демьян, — и смыл вину передо мной кровью. Ты же вправе вызвать его на поединок или принять виру за пленение Тарьи, но после войны.
Во время войны я междоусобицы не потерплю, накажу обоих.
— Да, мой король, — проворчал Свенсен, опуская глаза. Ровент удовлетворенно рыкнул.
Тайкахе, глядя на них, щурил глаза-щелочки и, что-то шепча, кидал в парящий кувшинчик содержимое разных баночек, выстроенных тут же рядком.
— Ровент, — сдержанно продолжил Демьян. — Ты виноват перед Свенсеном, но он стребует с тебя плату потом. Сейчас знай: он остался в замке, чтобы охранять мою жену и матушку. По-твоему, это недостойное и не важное занятие?
Ровент, до этого победно скалившийся, побагровел и тоже опустил взгляд.
— Нет, мой король.
— Что нет, Ровент?
— Достойное и важное, мой король, — рявкнул линдмор зло.
— Запомни это. Руку починили тебе?
Ровент покрутил рукой.
— Виталисты потрудились, ваше величество. Вчера гипс сняли.
— Хорошо, — проговорил Демьян. — Благодарю, что исполнил мою просьбу. Оставь мне иглы и можешь возвращаться в свой линд. Позже я позову тебя и других на разговор.
Снятие наказания и возвращение всех прав подтверждаю, сегодня же про это объявят в прессе.
— Спасибо, ваше величество, — Ровент снял с пояса мешок с иглами, отдал его Демьяну в руки и, поклонившись, вышел.
— На, медвежий сын, выпей, — протянул королю чашку шаман. — Крови много потерял, поможет восстановить.
— Хиль, Полина не просыпалась? — нетерпеливо поинтересовался Демьян, отхлебывая обжигающий напиток. Сразу накатила бодрость, будто выпил крепкого кофе.
