Пришло время, и Давид все-таки зарядил и включил свой телефон. Который тут же разразился оглушительными и непрекращающимися трелями.
– Пора возвращаться, малыш. Едем домой.
После первого же разговора между его бровей залегла складка.
А как по мне…
Вот здесь. Именно здесь наш настоящий дом. Во всяком случае, этот номер мне роднее огромного дома Давида!
– Не грусти, – Давид подхватывает меня на руки, покрывая поцелуями.
– Не важно, где мы. Важно, что вместе!
Уносит меня в ванную, обрушивая на нас обоих теплые струи воды.
Впивается горячим поцелуем в уже измученные ими, болящие, губы.
Проводит мочалкой по груди, тут же отбрасывая ее в сторону.
Дергает меня на себя, впечатывая в свое тело. Вклинивается ногой между моих бедер.
И…
Я знаю. Он прав! Самое ценное это то, что мы вместе!
Но знаю и то, что так, как было здесь, уже не будет никогда!
– Люблю, – шепчу, обхватывая его плечи руками.
Уже распахиваясь навстречу первому толчку любимого во мне…
– Давид! Я не могу так выйти!
Осматриваю себя в зеркале с полнейшим ужасом.
Волосы еще удалось кое-как расчесать.
Ревность колким ударом на секунду ударяет в сердце.
Он снова заказал мне платье. И даже белье! Как всегда, безошибочно определив размер! До миллиметра! И это все на глаз!
Скольким женщинам он его заказывал?
Тема его прошлых увлечений, это то, чего мы не касались в наших задушевных разговорах.
И теперь снова начинаю думать о том, сколько же их было! И даже в этом номере.
На этой постели!
Сколько практики Давиду понадобилось, чтобы стать настолько умелым?
Трясу головой. Хочу отряхнуть от себя все эти мысли.
Мы должны начать с чистого листа. Давид сказал мне, что с момента нашей встречи даже не смотрел ни на одну женщину. И я должна ему верить!
А прошлое… Пусть оно останется где-то там. За пределами нас и нашей жизни вместе!
Главное лишь, чтобы оно больше никогда не повторилось!
– Что не так, ммммм?
Муж подходит ко мне сзади. Обнимает за плечи, с шумом втягивая воздух у моего плеча.
Потирается подбородком и чуть прикусывает местечко в самом низу шеи. До умопомрачения чувствительное!
– Вот это, Давид. Вот это совсем не так! Ну, как я покажусь хоть где-нибудь в таком виде, а?
Вся шея и даже плечи в алых пятнах. В засосах, оставленных Давидом в порыве страсти.
– У меня тоже до хрена боевых ранений, Саида!
Усмехается, указывая на свой воротник.
Еще и рубашку приподнимает.
