И вас до сих пор удивляет, что я хотел бы услышать ваши объяснения?
— С кем именно был бой? — отрывисто бросил граф.
— С вашего позволения, вопросы задавать буду я, — отрезал Шпенглер. — Я жду ваших объяснений. Если вас ввели в заблуждение, то я хотел бы знать, кто именно.
Снова напряженное молчание. Но первым его нарушил граф.
— Это совсем не то, чем кажется, герр штурмбаннфюрер, — сказал он. — Какое-то нелепое совпадение…
— К вам вчера приходил русский посетитель, — произнес СД-шник. — Я бы хотел с ним побеседовать.
— В моем донесении было его имя и адрес, насколько я помню, — бросил граф. Напряженно звучит голос. Кажется, он не хочет говорить из-за меня за дверью. Или ему не хочется признаваться в своих подозрениях, или теперь это больше не подозрение, а уверенность, и графу не хочется делиться своим открытием с Шпенглером.
— Герр граф, в ваших интересах рассказать мне правду, — в голосе Шпенглера зазвучали металлические нотки. — Иначе я буду вынужден…
— Могу я закурить? — быстро спросил граф.
— Курите, конечно, — снисходительно позволил Шпенглер.
Чиркнула спичка. Из кабинета графа потянуло табачным дымом. Хрен знает, что там происходило, но разговор они не продолжали. Гробовая тишина. Как я ни напрягал слух, ничего не мог услышать. Может быть, граф прямо сейчас написал на листке бумаги, что вся эта затея с Мосензонами была постановкой чисто для того, чтобы подловить меня, и что, вон там, за дверью сидит самый настоящий резидент.
Когда в этой повисшей гробовой тишине вдруг затрезвонил телефон, я едва не подпрыгнул вместе со стулом.
Твою мать… Похоже, что граф собирается меня сдать."
"Вроде бы Шпенглер пришел один, тяжелых шагов его бравых ребят не было слышно. Значит, если махнуть в окно, то шансы уйти живым ненулевые. Но тогда это точно будет билет в один конец, обратной дороги не будет.
— Слушаю, герр граф, — спокойным голосом сказал я в телефон.
— Герр Алекс, зайдите ко мне, — сказала трубка в ответ.
Я шагнул к двери. Внешне совершенно спокойный, внутри — как туго скрученная пружина.
Быстрый взгляд на графа — тот нахмурился и смотрит в пол. В тонких пальцах дымится наполовину выкуренная сигарета.
Я сделал еще шаг вперед, опустил голову и незаметно посмотрел на Шпенглера.
Тот не проявил ко мне ровным счетом никакого интереса. Оглядел равнодушным взглядом и снова начал сверлить глазами графа.
— Герр Алекс, сегодня я уже не появлюсь, так что можешь идти домой, — сказал граф и безмятежно улыбнулся.
