— Стоило тебе только подумать про психолога, как к в твое тело сразу начал здоровый дух возвращаться!»
В этом вагоне друг у друга «на головах» не сидели. Он вообще, можно сказать, был полупустым. Кресел вокруг каждого столика было по шесть. Но ни в одном таком «купе» все места заняты не были. Трое искусствоведов и граф. Четверо угрюмых мужиков в оливковой форме компании Тодта. Четверо офицеров. Две дамочки сурового вида в строгих платьях. Все едут в захваченное четыре дня назад Царское село по каким-то важным делам.
Я прошел мимо компашки офицеров, и когда услышал слово «вервольф» невольно прислушался. Говорил вихрастый парень с выбитым передним зубом. В звании шарфюрера и с нашивками аненербе. Остальные офицеры были рангом повыше, но держались с ним на равных. Значит он из тех, кто «умом выделяется», а звание… Ну а что звание?"
"— …старик был, — сделав круглые глаза вещал щербатый шарфюрер. — Жил в лесу, в избушке. Его в оборот взяли и расспросили, как да что. А он в отказ. Мол, не буду с вами разговаривать, вам все равно уже ничего не поможет.
Мертвые, мол, вы уже…
Я прошел мимо, достал из ящика бутылку воды и медленно пошел обратно.
— …это у вас бы его просто расстреляли! — возразил кому-то щербатый. — У нас своя специфика, тут понимать надо!
— Ты не увиливай, давай, что было дальше? — нетерпеливо спросил один из офицеров.
— Он заладил про это самое проклятье, мол, нельзя здесь ничего копать.
Я прошел мимо компании и прикинул, что если сесть на противоположный ряд кресел, то мне будет отлично слышно, что щербатый рассказывает.
Я сел, снял с бутылки крышечку и развесил уши.
Мне не показалось. В рассказе щербатого речь шла про тот самый лагерь в лесах под Заовражино, который снесли в ноль партизаны Слободского в компании каких-то мутных, но грозных НКВД-шников. И что-то оттуда вывезли странное. А палатки и прочее — сожгли. И вот сейчас щербатый заливал своим слушателям в уши отборнейшую дичь. Мне даже захотелось шапочку из фольги надеть, чтобы мозги не закипели. По его словам под Заовражино сходились какие-то энергетические потоки.
И на этом самом перекрестке поселиться могли только люди, обладающие особыми способностями. Остальные от этой энергии чахли и дохли. Так что в этом месте, где они копают, когда-то поставили языческое капище Семаргла, которое потом заменила часовня, которую потом коммунисты сожгли. Но до настоящих сокровищ этого места коммунисты не добрались, потому что не знали, где искать. В отличие от Аненербе, разумеется.
