Кто сильней - боксёр или самбист?

Не футболку же рвать! Счёт потом предъявите. В марках, разумеется.

Замечание было справедливым. Лёва скинул свою куртку и отдал Тимуру, который уже от предчувствия боя слегка подпрыгивал на месте. Тимур немного подвернул рукава, накинул и подвязал пояс. Уже потенциальный соперник, опять улыбаясь, оглядел его и остался доволен внешним видом боксёра.

— А теперь принесите с Лёвой ещё три мата. Не на пол же мне вас бросать! Потом командование полка спросит с меня — выбил, так сказать, боевую единицу из строя. Подорвал боеспособность части!

Тимур начал злиться.

Боксёру не терпелось сразиться с этим самбистом и поставить все точки над «и». Точнее, поставить все удары! Да и народ в зале, предвкушая спортивное зрелище, начал собираться вокруг соперников. Тимур с Лёвой быстро притащили ещё три мата и сложили с четвёртым в ровный квадрат. Лёва помог одеть и зашнуровать перчатки.

Тимур встал с одного угла и сказал:

— Вот теперь не беспокойтесь — я вас не больно в нокаут отправлю. А падать вы и так хорошо умеете.

Самбист молча запахнул куртку, поддёрнул пояс, поклонился в сторону соперника и сделал пару шагов в центр квадрата. Боксёр челночным шагом стал заходить вправо и только тут понял, что в ногах при движении на мягком мате уже нет привычной лёгкости и упругости боксёрского ринга. А с виду лёгкая самбистская куртка сковывает руки."

"«Нее, теперь, точняк, буду работать только в челюсть», — быстро решил Тимур и начал аккуратно приближаться на расстояние прямого удара. Вдруг самбист чуть дёрнул корпусом влево, и Тимур почувствовал резкий удар сзади под колени, ноги подкосились, перед глазами мелькнул потолок, затем нога соперника.

Боксёр упал на спину, левая рука мгновенно оказалось зажата ногами борца. Он решил вывернуться и, хотя бы, лёжа, успеть заехать правой сопернику в нос, но тут же почувствовал резкую боль в предплечье зажатой руки.

— Всё. Харэ! «Ша» я сказал!

Противник отпустил руку, кувырком назад вскочил на ноги и протянул Тимуру ладонь.

— Плечо в порядке? Не ушиб ненароком? Надо было слегка стукнуть по мне, я бы тут же руку отпустил.

— Вот я вроде и хотел — стукнуть, — вставая, уныло произнёс Тимур.

А всё-таки, классно этот самбист его сделал. Как в кино! Шустрый оказался директор. Соперники уселись на скамейку, и Тимур, потирая плечо, спросил.

— Что за приёмчик такой заковыристый? После удара под колени только вашу ногу и успел заметить. И ещё хлопок штанины услышал.

— Обыкновенные «ножницы», ничего особенного.