Игра стала сложнее и опаснее. А значит — интереснее.
Старые фонари зажглись, отбрасывая дрожащие желтые круги света на мокрый, блестящий асфальт, в котором отражалось потемневшее небо. До дома было минут десять неспешным шагом. Это было на руку, потому что нужно было проветриться.
Мне отчаянно нужно было это время, чтобы очистить голову от грязи услышанного и выстроить новый план.
— Ну и дела, двуногий! — на плече, словно сотканный из вечернего тумана, материализовался Фырк. — Настоящий крот в самом сердце Гильдии! Шпион! Предатель! Нам нужно срочно его найти и разоблачить!
Я покачал головой, даже не замедляя шага.
— Забудь про крота, Фырк. Это не наша задача.
— Как это «забудь»⁈ — искренне изумился он, подпрыгнув на моем плече. — А как же расследование? Интриги? Тайные операции под покровом ночи? Ты что, не хочешь поиграть в детектива?
— Мы не детективы. Мы врачи, — твердо ответил я, сворачивая в тихий переулок, который был моим коротким путем через старые, сонные дворы. — Я должен использовать то, что умею лучше всего.
Не шпионские игры, а медицину. Медицина будет моим оружием. Так что, слушай мой план, — сказал я ему. — Более простой, элегантный и, что самое главное, надежный. Фаина Игнатьевна Скуднева! Ты ведь, я уверен, помнишь её. Наша «ценная медсестра» все еще работает на скорой? Это же идеальный рычаг давления на Волкова.
Фырк тут же оживился, но ответ его меня разочаровал.
— Эх, двуногий, опоздал ты со своей гениальной идеей! Этот твой Волков, хоть и старый развратник, но не дурак.
Он эту свою Фаину уволил по-тихому почти сразу после вашего разговора. Перепугался, старикан, что ты начнешь копать дальше. Так что твой главный козырь, увы, уже вышел из игры. Ищи другую слабость.
Я чертыхнулся про себя. Ожидаемо. Волков замел самые очевидные следы. Значит, шантаж не сработает. Придется заходить с другой стороны. Не через его личную жизнь, а через его профессиональные преступления.
— Тогда слушай новый план, — я почувствовал, как в голове все встает на свои места.
— Более простой, элегантный и, что самое главное, надежный.
Я перешагнул через широкую лужу, в темной воде которой на мгновение отразилось искаженное, перевернутое небо.
— Волков и Сычев торгуют в том числе и просрочкой, верно? Лекарствами, которые могут быть неэффективны или даже опасны.
— Ну да, об этом твоя блондинка-предательница и сказала, — кивнул Фырк.
— А это значит, что должны быть пострадавшие. Пациенты, которым стало хуже после их «помощи».
