Люди, у которых возникли странные, нетипичные осложнения или побочные реакции. Мы найдем этих пациентов, Фырк. Они станут нашими живыми, ходячими доказательствами.
Я вышел на улицу Березовую. Здесь было светлее, по тротуарам еще бродили редкие прохожие. Просроченные или неправильно хранившиеся препараты всегда оставляют след — специфические клинические маркеры, которые опытный диагност может заметить.
— А я могу помочь! — тут же оживился Фырк, уловив ход моей мысли. — Я же вижу, что с людьми происходит внутри! Я смогу найти тех, у кого есть эти самые «специфические изменения»!"
"— Именно, — кивнул я.
— Это наша первая и главная задача. Собрать базу пострадавших.
Мы прошли мимо закрытой аптеки. В тускло освещенной витрине какой-то плакат рекламировал «чудо-мазь» от всех болезней. Какая ирония.
— Одновременно, — продолжил я, — нам нужны вещественные доказательства. Кристина выяснит, где и когда они хранят очередную партию «товара». Мы не будем устраивать засады или играть в шпионов. Мы просто наведем на этот склад Мышкина.
Тихо и без лишнего шума.
Я остановился на перекрестке, ожидая зеленого сигнала.
— Логика проста, Фырк. Вот Мышкин, вот склад с просроченными лекарствами, которые юридически принадлежат больнице. Он просто приходит и изымает улики. Факт хранения и сбыта будет очевиден.
— А пациенты? — уточнил Фырк.
— А пациенты — это наш контрольный выстрел. Когда Волкова и Сычева возьмут в оборот за махинации с препаратами, я принесу Мышкину на стол пачку историй болезни. И это уже будет не просто «мошенничество», а «причинение вреда здоровью в составе преступной группы».
Сроки там совсем другие.
Загорелся зеленый. Переходя дорогу, я почувствовал, как план окончательно оформился в голове.
— Их возьмут с поличным, имея на руках прямые улики, — подытожил я. — И тут же получат подтверждение, что эти улики не просто лежали на полке, а калечили людей. Против такого не попрешь.
— И никакая «крыша» не поможет! — восхищенно присвистнул Фырк.
— Вот именно. Чисто, просто, и максимально эффективно, — я свернул в тихий двор своего дома.
— Нам даже не нужно искать этого их «Архивариуса». Мы создадим ситуацию, в которой он просто не успеет вмешаться.
— А Мышкин? — не унимался мой фамильяр. — Ты уверен, что ему можно доверять?
— Уверен, — сказал я. — Мышкин — честный следователь, который просто устал биться головой о стену. Мы просто дадим ему факты и предупредим, что в его окружении есть крот. Профессионалы сами найдут предателя. А мы будем лечить людей.
