Ни записи о первичном осмотре, ни предварительного диагноза, ни рекомендаций. С точки зрения системы этого человека здесь просто не было.
Как можно было забыть внести запись? Это же основы основ, этому учат еще на первом курсе. Простое разгильдяйство или нечто большее?
— А я говорю, нечисто тут! — Фырк, который материализовался у меня на плече, заглядывал в экран. — Этот ушастый точно что-то скрывает! Забыл он, как же! Забыл он свой носовой платок в карман положить, а про пациента он забыть никак не мог! Удобная отмазка!
— Или он просто лентяй и разгильдяй, — мысленно возразил я.
— Иногда самые простые объяснения — самые верные. Сначала факты, Фырк, потом — выводы. А пока у нас нет фактов.
В этот момент дверь в ординаторскую с грохотом распахнулась, и в нее, запыхавшись, влетел Величко. Вид у него был такой, будто он только что пробежал марафон.
— Илья! Выручай! У меня там пациентка… сложная! Я не понимаю, что с ней!"
"Я спокойно откинулся на спинку стула.
— Успокойся, Семен. Что случилось?
— Бабушка с деменцией! Или нет… Я не пойму! Она то одно говорит, то другое, а жалобы вообще какие-то странные!
Я встал.
Что ж, разборки с Фроловым могут и подождать, а вот сложная пациентка — это уже интересно.
— Пойдем, посмотрим на твою бабушку.
Мы быстрым шагом направились по коридору. Величко, семеня рядом, тараторил без умолку, вываливая на меня всю информацию:
— Зинаида Кирилловна, семьдесят два года. Родственники говорят, две недели назад начались проблемы. Резко. Стала путаться в словах, забывать имена, даже родную дочку не всегда узнает.
Классика, я уж думал, болезнь Альцгеймера, но… Она еще и жалуется на дикую тошноту и сильные боли в костях. Говорит, ломит так, будто сейчас все переломают. Я уже всю голову сломал!
Мы зашли в палату. На кровати, подперев подушками спину, сидела на вид вполне бодрая, миловидная старушка. Увидев нас, она тут же заулыбалась.
— Ой, сыночки пришли! А я вас уже заждалась! — она повернулась к Величко, который застыл на пороге. — Петенька, а ты чего так похудел-то? Совсем тебя там твоя Марфа не кормит!
— Я Семён, — шепотом сообщил мне Пончик.
— И она меня каждый раз по-разному называет. С утра был Егорушкой.
Я подошел к пациентке.
— Здравствуйте, Зинаида Кирилловна.
— Здравствуй, милый! А ты у нас новенький, что ли? И красивый какой, ладный! Сразу видно — лекарь хороший!
Я улыбнулся и начал осмотр, параллельно расспрашивая ее о самочувствии.
— Все болит, сынок, все ломит, — пожаловалась она.
