— Я отказываюсь от этой работы, — начал он без предисловий.
— Ты понимаешь, что тебя ждет? — едко поинтересовались из трубки.
— Да плевать, — скривился Эдик. — Все лучше, чем попасть под раздачу. Вы хоть понимаете, с кем связались? — осведомился жалостливо. — Погуглите в интернете инфу о спецподразделении «Секира» и лично генерале Кирсанове. Не знаю, как у вас, а у меня очко играет с ним связываться.
— Откуда дровишки, Эрик? — требовательно рыкнул собеседник.
— Дружок мой покойный служил у него, — пробурчал тот.
— А за друга отомстить не хочешь?
— Что? — не понял Эрик.
— Мой друг в прошлом году помер от воспаления легких. Кому и за что я должен мстить?
Глава 18
От конторы до дома минут десять ходьбы. Если быстрым шагом. Но Сергей Юрьевич Кирсанов изо дня в день преодолевал это расстояние на машине, наблюдая в затемненное окно, как спешат по своим делам люди, как детвора гуляет на бульваре с бабушками-дедушками или с родителями. Та жизнь, что текла размеренно за окном, не имела ничего общего с жизнью генерала Кирсанова и воспринималась им как часть декораций.
Совещание у Гоголя затянулось и плавно перешло в чаепитие с коньяком и бутербродами, молниеносно принесенными батиным адъютантом из буфета. Сначала пили за скорую свадьбу Бека и его невесту, потом за Новый год, но постепенно разговоры вновь вернулись к проблеме с Эркюлем и Песо, будь они неладны!
— Конференцию проведем для проформы, — устало пробурчал Гоголь, отправляя в рот оливку с анчоусом. — Шум в этом деле никому не нужен. Ни нам, ни МВД.
Они, конечно, чрезвычайно горды собой, но им прозрачно намекнули, что ажиотаж поднимать чревато. Ну ты понимаешь?
Кирсанов кивнул, не вникая в подробности.
«Один шут, подковерные игры, — внутренне поморщился он. — Договорились ведомства между собой — и хорошо».
— Так, может, и без конференции обойдемся? — в надежде поинтересовался он. — Или хотя бы без моего присутствия. Ты же знаешь, бать, ну не люблю я торговать мордой. Пусть пресс-секретарь…
— Он тоже будет, — важно просипел Гоголь.
— Но и без тебя никак, Бек. На заранее заготовленные вопросики ответишь, рожу суровую скорчишь, ну и заверишь общественность, что недосмотрели и уже проводим воспитательную работу с личным составом. За час управишься!
— Ерунда какая-то, — пробурчал Кирсанов. — Давайте сделаем официальное заявление в прессе.
— Нет, — отмахнулся шеф. — Это так не работает. И мы с ментами уже договорились. А из-за твоей внезапно удавшейся личной жизни никто решения менять не станет.
