— По делу что?"
"— Ну мы вошли в спальню к этому Эдику. Он дрых без задних ног, — усмехнулся Паша. — Разбудили. Он на нас уставился, как на привидения. Долго охал, что у него новейшая система безопасности и охрана под каждым кустом. А когда фаберже прикрутили немного, то поведал нам грустную историю, что нашел заказ в интернете.
— На Авито? — нехорошо усмехнулся Кирсанов. Мужики хором заржали.
— Ну типа того, — хмыкнул Паша, а Крепс ощерившись добавил: — Этот долбоящер сразу в себя пришел и принялся врать. Но потом, когда случайно налетел на мой кулак и на стену, разговорился.
Мамой клянется, что точно не знает, кто стоит за этим заказом. Платят щедро, даже киллера из Москвы выписали. Вся связь только через посредника.
— Кто? — лениво пробурчал Кирсанов, но каждый из присутствующих понимал, что это неспешность никак не связана с ленью или усталостью. Так ведет себя хищник перед смертоносным броском, когда только прицеливается к жертве, готовясь вцепиться ей в холку острыми зубами.
— Некто Мормон, он же Поморов Роман Генрихович, — отрапортовал Павлов.
— А чем же ему моя Саня не угодила? — хищно усмехнулся Бек и тут же заметил, как парни невзначай переглянулись между собой. — Моя, — повторил он, улыбаясь.
— Быстро она согласилась, — удивленно протянул Павлов. — Помучила б тебя, что ли? — хохотнул он.
— Она и не согласилась, с чего ты взял? — пробурчал Кирсанов. — Но живет в моем доме и приходится матерью Алексею. И этого достаточно, чтобы вашему Поморову открутить башку. Где он? Вы его привезли?
— Нет, Бек, — мотнул головой Крепс.
— Этот козел удрал куда-то. Вместе с любовницей.
— Найдем, — ощерился Кирсанов, сразу впадая в ярость. — Что за люди узнали? И какое отношение они имеют к Александре?
— Александра Андреевна в школе дружила с Ольгой Поморовой, сестрой нашего козлика. Та в девятнадцать лет погибла при невыясненных обстоятельствах в Крыму. То ли сама с горы кинулась, то ли помогли. До этого момента обе семьи — Калининых и Поморовых — крепко дружили. Потом, незадолго до смерти Ольги, как черная кошка между ними перебежала.
А уж после и вовсе общаться перестали. Красивая девка была, эта Ольга. Помню ее по школе. Яркая такая, языкатая, — печально заметил Павлов. — И брата ее знал, его уже в старших классах с дурью ловили. Отморозок хренов. Мамашу без конца в школу вызывали. А семья у них крутая. Отец какой-то ученый, мать — переводчик с английского.
— Обычная история, — пробубнил Кирсанов и скривился, будто от боли.
