Когда заканчиваю разговор, переходим к завершающему этапу — укладке заминированного пластика, на котором со внутренней стороны расположена взрывчатка и радиоуправляемые детонаторы. Сверху его покрываем асфальтом. Работаем в максимально быстром темпе. Неизвестно, какой именно промежуток времени, под вечером подразумевал объект. По словам пленного обычно он прилетает, когда уже сильно темнеет. Но пару раз являлся, пока было ещё относительно светло. Если прибудет сейчас, обнаружив нас, укладывающими асфальт, то это будет крайне неловко.
Поэтому, облегчённо перевожу дух, когда заканчиваем со рвом. Вторая задача — разместить два кольца наших «страховочных зарядов». Это отнимает не так много времени, по сравнению с обустройством ловушки. Просто снимаем небольшой кусок асфальта, срезая его одним из дополнительных резаков на строительной машине. После чего размещаем заряд взрывчатки, ставим детонатор и, накрыв куском пластика, маскируем сверху так же, как и ров.
Полностью завершив работу, отгоняем технику и весь транспорт к заводским корпусам, оставляя там.
Время, собственно, уже клонится к вечеру, так что сразу занимаем позиции. На первом этаже — пехотная ударная группа — Уран, Данил и Павел. Наверху — снайперы. Основные — мы с Дианой. Страховочные — трое новобранцев. Пульты для подрыва заложенных зарядов — у всех ветеранов. Как замаскированной ловушки, так и кольца, рассчитанного на уничтожение цели.
Впрочем, в вооружении большой разницы нет. У всех «Единороги» с бронебойными патронами. Даже роботехник сменил пулемёт на снайперскую винтовку.
Плюс к этому, на каждой позиции есть РПО. На всякий случай, пусть будут под рукой.
После того, как заканчиваем, на связь выходит колонна. Анна сообщает, что добралась до Жигулёвска. Всё в порядке, доехали без приключений. Подтвердив, что принял информацию, заканчиваю сеанс связи.
Через минут появляется Василиса, которую я отправлял за едой. Приносит подобие сухпайка — консервы и сухари. Учитывая, что за весь день мы только один раз забросили внутрь себя какое-то количество еды, это весьма кстати.
Опустошив банки, размещаемся, и начинается ожидание. Периодически поглядываю на пленника, который связанный и с заклеенным ртом, валяется в десяти метрах от нас. Диана говорит, что он не сказал ни единого слова. Но может быть молчание — это и есть условный код? Понимаю, что полный бред, но пока лежишь на позиции, ожидая, когда, наконец, появится самолёт противника, в голову лезут абсолютно шальные мысли.
