Через пару минут, становится ясно, что противник в зале действительно отсутствует. Ещё, я понимаю, что человеческие эмбрионы при близком рассмотрении выглядят довольно пугающе. Особенно в такой зашкаливающей концентрации.
После того, как мы оказываемся около выхода из помещения, приказываю девушкам переместить пленного сюда. Как только они доставляют куратора сектора, озвучиваю самый очевидный вопрос."
"— Сколько здесь ещё охраны? В других залах тоже размещены засады?
Тот машет головой.
— Больше никого. «Сосед» со своими помощниками предпочёл отступить дальше, «центр» выдал ему разрешение на проход.
Мне тоже, но я понадеялся на вашу глупость, молодой человек, и остался здесь. Надеялся, что вы необдуманно сунетесь внутрь, после чего у нас получится уменьшить количество бойцов в вашей группе. Или просто не дать вам пройти дальше. Кто же знал, что вы отмороженные варвары, которые сразу начнут бросать гранаты.
Не сдержав усмешки, киваю ему.
— Ну да, тёмный зал, в котором стоит тишина, не вызывает абсолютно никаких подозрений, у людей, заставших все прелести «Эволюции» на Земле.
Это был не самый лучший план.
Тот чуть наклоняет голову, упершись глазами в пол и судя по шевелящимся губам, снова матерится на одном из языков. Но уже секунд через пять поднимает взгляд обратно.
— Зато теперь я здесь и могу свободно поговорить с вами.
Делает короткую паузу, видимо давая мне возможность озвучить очевидный вопрос, если появится такое желание. Но я предпочитаю молча ждать. Так что дед просто продолжает.
— Я прекрасно понимаю всю степень вашего негодования. Поверьте мне. Но и вам нужно понять, что уничтожение этой станции, или скажем, содержимого этих нескольких складов, перечеркнёт весь смысл проекта «Эволюция». Если не реализовать наш план так, как он задумывался, то всё происходящее станет обычной кровавой бойней, без малейшего намёка на логику.
Подойдя чуть ближе, заглядываю ему в глаза.
— Знаешь, с поверхности планеты, всё как-то так и смотрится. Кровавой и бессмысленной бойней, за которой больше ничего нет.
Сотни миллионов людей рвут друг друга на куски ради куска послаще или дырки поуже. Любые твои философствования померкнут после дня, проведённого в одном из населённых городов Земли.
Старик со скорбным видом покачивает головой.
— Ты не понимаешь. Судьба планеты была предрешена. Никто не сумел бы удержать ситуацию под контролем. Ещё, буквально двадцать-тридцать лет и процессы разрушения стали бы совсем необратимыми.
