Сам Псих тоже начал пятиться к дереву, а немного заторможенному Джиму потребовалась целая минута, чтобы сообразить:
– Я что, приманка? – Взгляд на пахучее пятно на груди, и… – Ты чем меня облил?
Вопль МикВоя всполошил птиц, а щёлканье, которое оказалось ни чем иным, как звук, издаваемый мощными челюстями жука-переростка, усилился.
Несколько секунд, и шокированная финтом Храфса, стоящая за деревом я, увидела ту самую зверюгу, которую предлагалось укокошить.
На картинке карум был меньше.
Там он равнялся по росту с человеком и имел длину три-четыре человеческих роста. А тут…
– Мамочки, – прошептала я, зажимая рот ладонью.
МикВоя затрясло, он начал медленно отступать.
– Стой где стоишь, – одёрнул Ботаника Псих. Он успел присоединиться ко мне, прятался теперь за соседним стволом. – Карум сейчас замрёт, у Маргариты будет время для удара.
И уже мне:
– Марго, крошка, доставай амулет!
Амулет-то я достала, но пальцы дрожали жутко. В голове в страстном поцелуи сцепились две мысли.
Первая – что мы натворили? Вторая – Псих он же в самом деле псих!
– Целься, Марго, – гневный шёпот.
В этот миг жук медленно выполз на поляну, он был огромен, МикВой выглядел на его фоне таракашкой.
– Ммм-марго, – проблеял уже МикВой.
Я резко собралась, сосредоточилась, крепче сжала артефакт, и… ничего не случилось. Мой мысленный призыв и визуализированный алый луч, направленный в похожие на гигантский секатор жвала, не появился.
– Ммм-марго… – Джим не выдержал и снова начал пятиться.
Новая попытка, и третья, и… снова ноль!
Карум в это время привстал на передних лапах, заводил мордой, словно нюхая воздух.
– Марго! – на этот раз Псих, и в его обычно наглом голосе прозвучало беспокойство.
– Не получается, – в панике призналась я.
Ещё секунда, и главарь нашей маленькой группы самоубийц принял важное решение:
– Бежим! – рявкнул он.
Глава 5
Я не адептка, нет. Я – стрела! Я неслась, как болид, пущенный по треку.
Мимо мелькали деревья, за спиной рассерженно щёлкало и клекотало. Храфс бежал рядом, а МикВой каким-то невероятным образом оказался впереди."
"При этом Джим успевал ругаться. Его ботанического дыхания хватало и на стремительный бег, и на выплёвывания поразительных по своей витиеватости ругательств.
Псих тоже кричал:
– В грязь! Увидишь лужу или ручей, хоть что – сразу ныряй! – это МикВою.
