– Он вынашивает планы мести, а с меня взял клятву, что отомщу Откейму при первой же возможности. Война ещё не объявлена, но теперь правящий род Откейма – наши кровные враги. Диридию очень повезло, что он уже мёртв.
Тут я споткнулась.
Вспомнилось хрестоматийное – про детей, которые не могут отвечать за грехи родителей. Только я даже заикнуться об этом не успела. Хватило одного взгляда на королей, чтобы осознать – не поймут.
Ну и ещё кое-что… Это, наверное, неправильно, но прямо сейчас мне тоже хотелось кому-нибудь отомстить.
Найти причастных и заставить их пережить хотя бы половину того, что пришлось пережить Альбрине.
Твари.
Какие же они твари!
– Марго, не кипятись, всё уже в прошлом, – окликнула меня Филиния, которая… Ну, двоюродная бабушка, смиренностью тоже сейчас не отличалась. Зато пыталась контролировать эмоции. – Наша задача жить дальше.
Ага.
Я вернулась к креслу, упала в него, и невольно вспомнила знакомство с королём Откейма и его «телохранителем». Оно случилось в этом же кабинете.
И вот честно! «Союзники» уже тогда вызывали подсознательные опасения, хотя Дитриха я восприняла лучше, чем его пса-Азиуса.
Сейчас же меня буквально корёжило. Настолько, что я зачем-то сказала:
– Вот и Тонсу они не нравятся!
Миг, и…
Это было неуместно в столь серьёзной обстановке, после таких тяжёлых признаний, но я ойкнула и подпрыгнула в кресле.
Просто змей, эта бессовестная и явно не самая разумная татуировка, услышав имя королевского побратима, отреагировала уже знакомым образом.
– Маргарита, что? – рявкнул, подаваясь вперёд Георг.
На кончиках его пальцев появились маленькие, но очень яркие огненные шарики.
А в ладони Крэйва возник кинжал с хищно-мерцающим лезвием.
В общем, ситуация повторялась, и я тихо взвыла.
– Да ничего. Просто Шарш… опять кусается.
Король Биорма и мама не поняли, а вот Филиния с Георгом догадались. И если бабушка, наученная предыдущим опытом, отнеслась спокойно, то сюзерен…
– Причина? – рыкнул он.
Я закусила губу и произнесла мысленно: «Тонс».
Георг меня не услышал, зато гадская татуха наградила очередным укусом.
Не болезненным, но обидным. Вот же! Совести у этого змея нет. Ну какая ревность в такой-то момент?
Тем не менее стало легче. Даже как-то веселей, ведь необоснованная ревность – это лучше, чем вопиющее предательство и обещания кровной мести, о которых тут говорили.
«Тонс», – максимально сладко повторила я, и…
Да-да! Меня снова цапнули за попу.
– Маргарита? – Георг уже остыл и смотрел внимательно.
