Спросил у сопливого паренька, который явно не имел отношения к Сонторам:
— У тебя вольер есть?
— Есть, — подавился словом тот.
— Запри эту… это животное. Сегодня вечером пришлю специалиста по анимагии, он разберётся. Куда присылать?
Мальчик помолчал, прежде чем признаться:
— В особняк Честосов, ваше величество.
Отлично. Ещё один невоспитанный. А где «благодарю покорнейше»? Где низкий поклон?
Вздохнув, я махнул рукой.
Отослал мальца, дабы тот запихнул кота в вольер прежде, чем закончится действие заклинаний.
Марго, глядя на нас, точно хотела о чём-то спросить, но прикусила язык.
Я же отпустил повод, оставляя коня у крыльца, а сам повёл леди дальше.
Когда мы отошли и купол сдвинулся, проявляя моего Бурана во всём его белоснежном великолепии, у шагавшего за нами слуги приоткрылся рот.
— Не подходи к коню! — крикнул я. Громко, ибо иначе из-за завесы не слышно. — Я сейчас вернусь.
Всё. Мы поднялись по ступеням, и я толкнул входную дверь, не потревожив замершую рядом недоумённую экономку.
Лишь тут деактивировал перстень и осознал, что от принудительно прижатой к моему боку леди Маргариты исходит приятное тепло.
Но это было не важно.
Отпустив девушку, я крикнул:
— Леди Финилия, можно вас на минуту?
Когда старуха появилась, выражение её лица пролилось бальзамом на мои раны… Просто встретив в академии неучтённую наследницу Сонторов, я почувствовал себя путь не идиотом, но близко.
Теперь же я с торицей возвращал долг!
— А-а-а… — произнесла бабушка полыхающей щеками аристократки.
— Хорошего дня, леди! — оскалился я и, не дожидаясь положенного реверанса, ушёл.
Уже сбегая по ступеням вспомнил, что хотел сделать Сонторам один подарок — для освежения, так сказать, памяти.
Что ж, как доеду до дворца обязательно распоряжусь!
Глава 9
1
Маргарита
Когда Георг ушёл, я приготовилась к худшему. Даже зажмурилась, понимая, что сейчас влетит.
Я ждала обвинений в нарушении контракта, в неподобающем поведении, и собиралась извиняться.
Я в самом деле раскаивалась! Но…
— Марго, милая, а что случилось-то? — осторожно спросила Филиния.
Мы перешли в кабинет, и я дала самые чистосердечные показания. Леди Сонтор выслушала и… принялась хохотать.
Она смеялась так, будто ничего вопиющего не случилось. По морщинистым щекам катились слёзы, и я выдохнула, одновременно обещая себе, что больше никогда-никогда!
Ведь это хорошо, что всё хорошо закончилось. А могла выйти и трагедия.
