— Власть! Сила! Самосознание! Всё это вернётся к нам! Империя вернётся на поверхность, и наши легионы снова пойдут в атаку на чужаков! Мы вернём то, что Система у нас отобрала! — ревёт монстр. — И эти пленницы станут первым даром нашему покровителю! Да свершится ритуал!
В припадке восторга кобольды начали скакать на месте, обниматься, толкать друг дружку.
Пожалуй, неудивительно, что во всей этой катавасии кто-то да заденет бочки, в которых мы прячемся.
И так уж случилось, что бочка, в которой сидит Пирра, опрокидывается набок.
Её торчащие снизу ножки оказываются на обозрении сразу у половины присутствующих монстров.
А вместе с тем и босса, который хорошо нас видит со стены форта.
Повисает неловкое молчание.
Кобольды смотрят на ноги Пирры.
Я и Базальт смотрим на ноги Пирры.
Босс кобольдов смотрит на торчащие ножки Пирры.
— Ой-ой…
Глава 15
— Рвём когти! — восклицаю я и разбиваю свою бочку изнутри телекинезом.
Деревянные щепки разлетаются во все стороны, раня ближайших кобольдов и отвлекая их внимание.
Базальт скидывает бочку с себя и кидает её в толпу перед нами.
Пирра также шустро выскакивает из своего укрытия.
Волнение, удивлённые и недоумевающие возгласы, рычание и визги.
Толпа монстров не успевает толком и осознать, как мы бросаемся на прорыв к пленницам.
— Схватить их! — приказывает со стены босс кобольдов.
И только тогда монстры приходят в себя и начинают действовать.
— Пирра — левый фланг, Базальт — на тебе правый, — бросаясь в бой.
Времени у нас при себе совсем немного.
Чуть только задержимся и окажемся в полном окружении. А там уже не то что о спасении спартанок, о собственном выживании даже заикнуться не получится!
Монстры оказываются прямо у нас на пути, широко растопырив лапы и скаля морды. Знают, что, если выпустят сейчас, мы легко уйдём.
Да и приказ босса нужно как-то да выполнять.
Вот сразу с десяток тел бросается на нас.
Резкий выдох, и их сносят деревяшки от бочек, которые я также прихватываю с собой телекинезом.
Магия закручивает огрызки древесины, сдирая кожу и плоть с кобольдов и вынуждая тех захлёбываться в болезненных воплях.
Пирра резво добивает копьём тех, кто ещё стоит на ногах, а Базальт создаёт своим мечом целые просеки в рядах макаков для нашего дальнейшего продвижения.
Сам я на ходу сбиваю кобольдов с ног. Маны на это действо уходит жуть, но иного выбора просто нету.
Убивать каждого — это, опять же, тратить столь драгоценное время.
