Кажется, он вылез то ли из погреба, то ли из кустов, в которых и прятался.
— П-помогите! — верещит тот. И, не успевает никто толком и сообразить, как его валит на землю ползущий зомби и впивается зубами тому в лодыжку.
Через секунду из-за его спины из теней появляется Проходчик и убивает последнего мертвеца.
Но, оказывается, слишком поздно.
В этот самый момент где-то в горах раздаётся громогласный вой. Столь громкий, что даже здесь в предместьях Рима, у нас закладывает уши.
Я невольно переглядываюсь с Проходчиком и Малым.
Потому что мы тут же осознаём, что послужило его причиной.
Неведомая хрень под скалами пробудилась.
* * *Глава 17
— Итак, самое время подвести итоги работы нашей маленькой, но гордой революционной ячейки! — пафосно заявил товарищ Фидель.
— Может, хотя бы сейчас покончим с этим актёрством? — вздохнул товарищ Че.
— Да, точно, прости. Вошёл во вкус, — виновато улыбнулся товарищ Фидель.
И в следующую секунду иллюзия сползла с двух лидеров народного движения, подставляя под свет свечей лица Бибы и Бобы.
Последний откинулся на стог сена и расслабился. Не так-то просто изображать из себя другого человека. Даже если ты отчётливо осознаешь, что никто здесь твоего настоящего лица и имени не знает, но общее напряжение и не думает уходить.
Шпион обязан быть хорош во всём, а паранойя для него не просто блажь, а самая обыкновенная необходимость. Да и рассеянных и пустоголовых шпионов не бывает. Почему? Потому что их тут же раскрывают.
Хотя, быть может, Биба станет первым исключением из правил.
Уж кто бы мог подумать, что он так хорошо впишется в роль страстного революционера и главного идеолога их подполья? Создавалось ощущение, что молодой напарник едва ли не кайф ловил от каждого своего выступления. И Боба подозревал, что это было недалеко от правды. Уж он-то по опыту мог различить игру на публику и то, когда человек говорит от самого сердца.
Ох, и достался же ему в напарники… идеалист!
— Ты что-то говорил об итогах, — напомнил своему товарищу Боба, давая намёк, чтобы тот вернулся к главной теме их встречи.
— Да конечно, — рассмеялся Биба. — В общем и целом, наше движение набирает обороты. Уже сейчас число участников нашего кружка увеличилось вдвое.
Работа диверсантов в Техасе не останавливалась ни на день. Их агенты раскидывали по ночам пропагандистские листовки, заводили разговоры в барах, тавернах и на рынках о несправедливости и о том, как успела прогнить верхушка власти.
