— Если у вас обнаружится даже малейшая рана от битвы с зомби, немедленно доложите об этом! Даже если сомневаетесь, что вы поранились из-за зомби, также не молчите! Раненным руку поднять!
По моему приказу трое гвардейцев поднимают руки, давая понять, что да, в горячке боя их едва зацепили. И, что неприятнее всего, четвёртым оказывается мрачный Малой. Который, похоже, уже понимает, к чему я клоню.
— Раненных связать, отделить от остальных солдат и наблюдать за их состоянием! — командую я.
Пострадавшие не поднимают шума и не выражают никакого возмущения. Все люди умные, все понимают зачем я это делаю.
— Лорд Шурик, — просит меня Малой, пока ему завязывают руки за спиной. Так на всякий случай, — Если меня таки достанет эта зараза… то ты знаешь, что делать. Я не хочу быть гнилым мертвяком. И передай Мыши… ну, ты сам знаешь.
— Хорошо, — киваю я. — Сделаю всё, что смогу.
Если всё происходит настолько быстро, как описывают выжившие, то сделать мы ничего не сможем.
Даже доставить в Спарту, чтобы ими занялись специалисты. Только изолировать заразу. И Малой, и остальные это прекрасно понимают.
Четвёрку сажают на отдалении от остальных, в окружении разведённых костров. Уж лучше источник огня будет сразу под рукой в случае чего.
Однако проходит минута, пятая, десятая, но никаких перемен в наших парнях не наблюдается.
Гвардейцам на всякий случай дают системный сидр, как и лечебные зелья.
Не панацея, но хоть что-то.
Я даже проверяю профили пострадавших, в том числе и Малого, через Систему, но никакого негативного статуса или дебафы не обнаруживаю.
Значит ли это, что зараза не настолько сильна, чтобы передаваться к живым людям? В поисках ответов я обращаюсь к спасённым торговцам.
— Как конкретно заражались игроки? Вы видели сам процесс? — задаю я вопрос.
Главный из троицы хмурится, но осторожно кивает.
— Вообще, если так подумать, то обратились только те, кто получил серьёзные травмы, то бишь укус в горло, ключицу или кому разодрали лицо, — размышляет он вслух. — Раненные же ещё какое-то время сражались, пока зомби не брали их числом.
— Они уже с пола вставали! — заявляет одна из девушек. — Когда трупаками становились, но только не развеивались, а на других начинали кидаться.
