— Почему из всех возможных видений мой угасающий разум породил именно тебя?
— Быть может, потому что другие просто не смогли до тебя добраться? — усмехнулась галлюцинация, окидывая взглядом мрачное пространство камеры. — Да, неважные у тебя тут хоромы. Вряд ли гости бегут наперегонки.
— Какие уж есть, — фыркнул Энрике, пытаясь найти более удобное положение у холодной каменной стены. — Так кто же ты, незваный гость из ниоткуда?
— Раз ты меня не узнаешь, то это значит, что слухи на улицах Мадрида, далеки от истины, — задумчиво незнакомец.
Энрике изумлённо вскинул брови. Галлюцинация с собственными мыслями и воспоминаниями, отличными от его собственных? Это что-то новое, даже для его измученного сознания.
— И что же рассказывают на улицах столицы?
— Ничего особенного, — беспечно отмахнулас гость. — Говорят, что благородного Энрике коварно отравили поганые спартанцы, а одного из отравителей доблестная стража схватила и заточила в самые тёмные глубины темницы.
Я и пришёл взглянуть на этого «спартанского диверсанта», но, по всей видимости, им ты точно не являешься.
— С чего такая уверенность? — коснулся пальцами своей железной маски Энрике. — Ты даже лица моего не видел.
— Зато ты видишь моё, — с лёгкой улыбкой ответил глюк. — И будь ты действительно из Спарты, то непременно бы меня узнал.
— Кто же ты?
— Я твой король! — незнакомец принял горделивую позу, а затем расхохотался, — если ты житель Спарты, конечно.
Тяжёлая тишина окутывает камеру.
— Тот самый Король Спарты? — осторожно уточнй Энрике, словно боясь спугнуть собственное безумие.
— Он самый, — кивнул глюк.
Энрике испустил протяжный вздох. Теперь он окончательно убедился — экспериментировать с тем светящимся мхом определённо не стоило. Ой как не стоило!
* * *— Так кем будешь, раз тебя заточили в столь глубокие подземелья и обеспечили такими «роскошными» условиями? — присаживаюсь я напротив узника в железной маске.
Проникнуть в мадридскую тюрьму оказалось удивительно просто. И это неудивительно — столичную темницу расположили на самом краю отвесного утёса, где возвышается величественный маяк. Часть этой цитадели даже нависает над бездной, где морские волны с яростью разбиваются о скалистнй.
В подобную крепость можно проникнуть только через парадный вход — никак иначе. А потому и работали местные стражники откровенно из вон рук плохо.
