И, может быть, окажется, что это дело вполне заурядное и не стоило из–за него поднимать такой шум да еще мчаться куда–то ночью. И все–таки очень похоже, что эта женщина копила деньги на какой–то крайний случай, и, когда этот случай пришел, она взяла их и… Вот и аптека. Ты войдешь? – спросил он.
Делла Стрит уже открывала дверцу машины.
– Только попробуй не взять меня с собой, – сказала она."
"Старший продавец готовился закрыть аптеку. Четырем юнцам, которые оживленно болтали за тягучим коктейлем из сиропа и мороженого, учтиво, но твердо напомнили, что пора уходить.
Продавщица содовой воды уныло окунала грязные стаканы в горячую воду, а кассирша подсчитывала выручку.
Продавец рецептурного отдела равнодушно выслушал Мейсона.
– Я ее не очень–то запомнил, – сказал он. – Уже после ее ухода нам позвонили в другую кабинку с центральной станции и сказали, что у соседнего автомата не повешена трубка. Я зашел в кабину и повесил трубку на место. Вот и все, что я знаю об этом. Спросите лучше кассиршу.
Мейсон подошел к кассе.
Кассирша смутно помнила ту женщину. Она просила разменять ей четверть доллара. Ей примерно лет тридцать – тридцать пять. Одета в темное пальто с меховым воротником. У нее была коричневая сумка из крокодиловой кожи. Нет, более подробно она не может ее описать. Да, бросила трубку. Как уходила женщина, кассирша не видела. У них столько дел…
– Из какой кабинки она звонила? – спросил Мейсон.
– Из той, что справа, около стенда с журналами.
– Я ее осмотрю, – сказал Мейсон.
Вместе с Деллой Стрит он прошел к кабинке.
– Продавец из рецептурного отдела определенно наблюдает за нами, шеф, – прошептала Делла.
– Возможно, он думает, что я из ФБР, – сказал Мейсон. – По–моему, у нас практически нет шансов узнать, что ее испугало, но все же нужно посмотреть. Раз она убежала так внезапно, то могла что–то оставить платок, кошелек или…
– Здесь на полочке лежит клочок бумаги и несколько монет, – сказала Делла Стрит, заглядывая в дверь через стекло.
Мейсон толкнул дверь.
Делла Стрит проскользнула внутрь будки.
– Четыре монеты, сложенные столбиком на кусочке бумаги, – сказала она.
– Что это за бумажка?
– Здесь какой–то телефонный номер, нацарапанный карандашом. Майн девять шестьдесят четыре пятьдесят.
– Позвони, – сказал Мейсон. – Посмотрим, кто ответит.
– Вряд ли кто–нибудь ответит нам в это время ночи, – сказала Делла Стрит, опуская монету. – Алло! Да, да, спасибо… нет, ничего, я по ошибке набрала не тот номер.
