– Мой человек, – продолжал Дрейк, – пока что доложил в общих чертах. В восемь тридцать утра он положит мне на стол доклад, в котором все будет написано подробно. Он говорит, что это, конечно, поджог. Пожар начался от взрыва бомбы с часовым механизмом. Полиция думает, что она была вмонтирована в электрические часы, включенные в розетку на нижнем этаже.
– На нижнем этаже?
– Ну да. Эти часы включают радио. Ну ты же знаешь их, вилку втыкают в розетку, стрелки ставят на определенный час, и они включают радио. Потом их нужно выключить.
– Знаю, продолжай.
– Так вот пожарные нашли на нижнем этаже часы, соединенные с проводами, идущими наверх. Стрелки были поставлены на три часа.
– Так, так, – заметил Мейсон и спросил: – Та женщина, что вошла в дом, может быть заподозрена на основании этих данных?
– Еще бы!
– В котором часу она появилась?
– В час двадцать восемь.
– И никто не знает, сколько она там пробыла?
– Она могла пробыть там только до часа пятидесяти, то есть до того времени, когда второй оперативник занял свой пост у задней двери.
С этой минуты все выходы были под наблюдением.
– Когда она вошла, она что–нибудь несла с собой? Чемодан или что–то подобное?
– Ничего.
– Тогда она едва ли могла пронести в здание часы, бидон с бензином или какую–либо взрывчатку.
– Конечно.
– Впрочем, может быть, когда она пришла, все это находилось уже в доме.
– Вполне возможно.
– Стало быть, она вошла через парадный, а вышла из дома через черный ход?
– Ну да… Как быть с моим парнем, Перри? Он ведь все еще ждет там в кафе.
– Позвони ему, чтоб шел домой, – сказал Мейсон, – пусть пишет доклад и пока не выходит из дома и не вступает ни в какие разговоры.
– Нам следовало бы сообщить обо всем этом в полицию, – сказал Дрейф.
– Но я связан с клиентом.
– А меня могут лишить лицензии, – напомнил Дрейк.
– Но ты работаешь на меня, Пол.
– И все–таки мы обязаны известить полицию о том, что случилось.
– Как ты им объяснишь, что твои люди оказались на месте происшествия?
– Это я могу и не объяснять, – ответил Дрейк.
– Я имею право не называть своего клиента.
– Знаешь, на кого ты будешь тогда похож? – ухмыльнулся Мейсон. – На кандидата на какой–то пост, который, выходя из кабины для голосований, отказывается сообщить, за кого именно он голосовал.
– Хочешь еще горячего рома, Перри?
– Нет, спасибо. Думаю, что лучше было бы вздремнуть. Лейтенант Трэгг скоро наверняка нападет на наш след. Он узнает, что мы там были, и возьмется за нас обоих.
