Они сидели, развалясь, на покрытых простынями деревянных креслах, обернув головы влажными полотенцами и опустив ноги в тазы с горячей водой.
Огромные батареи поддерживали в парилке такую температуру, что с каждого, кто входил туда, градом катил пот. Деревянные кресла так нагрелись, что до них трудно было дотронуться, поэтому их и покрыли простынями.
– Вот теперь, – объявил Мейсон, – мне хорошо. Господи, до чего же я промерз, стоя там возле дома. Ноги просто закоченели.
– А меня озноб все еще пробирает, – мрачно сказал Дрейк.
– Хотел бы я знать, в какое дело ты меня втравил.
– Брось, Пол, – сказал Мейсон, – я ничего от тебя не скрываю. Я же сказал тебе…
– А шифр сейфа, – перебил Дрейк. – Ты ничего мне об этом не говорил.
– Видишь ли, – Мейсон замялся, – дело в том, что… О–о!
Пол проследил за взглядом Мейсона и сквозь толстое стекло вращающейся двери увидел высокого, хорошо сложенного мужчину с широкими плечами боксера. Стоя спиной к парильне, он беседовал с банщиком.
Банщик ткнул пальцем в сторону парильни, высокий человек повернулся, глянул на две голые фигуры, усмехнулся и рывком открыл дверь.
– Привет, – сказал он. – Кажется, вы, ребята, не рады меня видеть?
– Что случилось? – спросил Мейсон.
Лейтенант Трэгг сбросил пальто.
– Вы допустили тактическую ошибку, мои дорогие. Когда вы сгинули в последний раз, я решил специально выяснить, где вы скрывались, и оказалось, что вы прятались здесь. Вот я и подумал, а не сюда ли вы и на этот раз…
– Я совершенно промерз, – перебил его Мейсон.
– Сегодня ночью я адски замерз возле дома, где произошел пожар. Я не взял пальто…
– Я слышал об этом, – сказал Трэгг. – На вас был тренировочный костюм. Должно быть, вы очень уж поспешно выскочили из постели, торопясь на пожар. – Он вынул носовой платок и вытер пот со лба. – Как вы думаете, господа, не пора ли вам уйти отсюда?
– И речи быть не может, – ответил Мейсон, бросив взгляд на Пола Дрейка. – Мы ведь оба простудились. И мы только–только начали потеть. Не хотите ли раздеться и попариться здесь вместе с нами, лейтенант?
– Я на работе.
И вы отлично знаете, что, если я побуду здесь, а потом сразу же выйду на улицу, я наверняка схвачу простуду.
– Как жаль, – сказал Мейсон, – впрочем, продолжайте, лейтенант, мы с удовольствием ответим на все ваши вопросы.
– Черт бы вас взял, – раздраженно сказал Трэгг, – я не могу здесь оставаться.
– А мы не можем выйти, – откликнулся Мейсон.
Трэгг провел носовым платком по шее, за воротником и по лбу.
