Следовательно, вы сами решите, добился ли Вульф того, чего вы хотите. Таким образом, вы вовсе не подписываете карт–бланш. Ваш адвокат не может не согласиться с этим письмом.
Миссис Бранер вновь перечитала документ, а затем уставилась на меня.
– Но я и этого не могу сделать, так как мои адвокаты даже не знают, что я была у Ниро Вульфа. Они этого не одобрят. Кроме мисс Дакос, никто не знает о моем визите.
– В таком случае мы зашли в тупик. – Я поднял руки. — Послушайте, миссис Бранер, вряд ли мистер Вульф сможет взяться за ваше дело, не располагая подобным документом.
А вдруг обстановка так накалится, что вы захотите все бросить и предоставить ему одному расхлебывать кашу? Что, если вы струсите и потребуете обратно аванс?
– Никогда. Я – не принадлежу к числу трусливых людей, мистер Гудвин.
– Прекрасно. Тогда подпишите.
Миссис Бранер взглянула на документ, потом на меня, потом снова на письмо и на мисс Дакос.
– Вот что, Сара, – сказала она наконец, – снимите–ка копию.
– У меня есть копия, – вмешался я.
Клянусь всеми святыми, она снова очень внимательно прочла копию.
Ее хорошо вымуштровал муж или юрисконсульты после его смерти. Затем она подписала первый экземпляр, и я взял его.
– Мистер Вульф поэтому и хотел, чтобы вы зашли сюда сегодня утром? – спросила она.
– Отчасти, – кивнул я. – Он хотел, чтобы я расспросил мисс Дакос о тем, как за нею ведется слежка, и я это сделал. Вчера я видел, как велась слежка за вами из машины, номер которой я записал. В ней находилось двое сотрудников ФБР, и они хотят, чтобы вы знали о том, что за вами следят.
В дальнейшем нам, вероятно, будет не о чем расспрашивать вас, пока не произойдет что–нибудь важное, однако такая возможность не исключается, и поэтому нам следует заранее договориться вот о чем. Вы читали книгу Кука и знаете, что означает выражение «поставить жучка». Как, по–вашему, есть в этой комнате «жучки»?
– Не знаю. Я, конечно, думала об этом, и мы обследовали комнату несколько раз. Я не уверена, есть ли в ней микрофоны. Ведь для установки их люди из ФБР должны были проникнуть сюда, не так ли?
– Да, если специалисты–электрики не изобрели что–нибудь новое, хотя я сомневаюсь в этом.
Я не хочу сгущать красок, миссис Бранер, но не думаю, чтобы в этом доме можно было разговаривать, не опасаясь быть подслушанным. На улице холодно, но подышать свежим воздухом вам будет полезно. Что вы скажете на это?
Миссис Бранер кивнула:
– Вот видите, мистер Гудвин! И это в моем собственном доме! Что ж, ничего не поделаешь.
