Я вошел в кабинет, где Вульф уже расположился за письменным столом, и, когда я сел, он заметил:
– Ну–с?
Ему явно следовало бы при этом поднять палец, ибо обычно, когда я возвращаюсь откуда–нибудь после выполнения его поручения, он не тратит энергию на вопрос «Ну–с?», а лишь откладывает книгу или отставляет в сторону стакан с пивом, давая этим понять, что готов выслушать меня.
– Ваше предположение о том. что «Газетт», – начал я, подняв палец, – занимается расследованием убийства Элтхауза, исходя из вероятной виновности ФБР, оказалось никудышным.
– Я опустил палец. – Никакой определенной версии у них нет. Лон Коэн дал мне возможность посмотреть газетные вырезки, затем мы побеседовали, и я записал различные имена и факты, которые могут быть нам полезны. – Я поднял палец. – Я перепечатаю их, как всегда, по пять долларов за страницу. – Я опустил палец. – Потом я позвонил миссис Айвене Элтхауз и сказал, что ее сына убили фэбээровцы. Она согласилась встретиться со мной, и я отправился к ней. Проживает она на десятом этаже на Парк–авеню, в районе восьмидесятых улиц, со всеми необходимыми в подобных случаях причиндалами.
С картинами оказалось все в порядке. Описывать внешность миссис Элтхауз я не буду, вы увидите ее сами. Она цитирует Священное писание и Аристотеля. – Я поднял палец. – Я мог бы процитировать кое–что из Платона, но не могу придумать, в какой связи это сделать. – Я опустил палец. – По телефону я попросил ее пригласить Мэрией Хинклей, и она сказала, что мисс Хинклей скоро будет у нее. Миссис Элтхауз заметила, будто из моих слов по телефону поняла, что ее сын убит сотрудниками ФБР, и спросила, так ли это.
Дальше мне придется изложить все дословно.
Я доложил ему все подробности, будучи уверен, что не рассказываю ничего такого, что не следовало бы знать ФБР. Вульф слушал с закрытыми глазами, откинувшись на спинку кресла, и все равно не увидел бы мой поднятый пален, в связи с чем я никаких вставок не делал. Как только я закончил, он засопел, открыл глаза и сказал:
– Плохо, когда известно, что искомая иголка находится в стоге сена.
Но когда не знаешь даже этого…
Послышался звонок в дверь. Из вестибюля я увидел, что на крыльце стоит сотрудник ФБР. Я, конечно, не знал его в лицо, но это было очевидно: подходящий возраст, широкие плечи, соответствующее выражение на физиономии с квадратным подбородком, аккуратное темно–серое пальто. Не снимая цепочки, я приоткрыл дверь дюйма на два и спросил:
– Вам кого?
– Моя фамилия Квайл, – рыкнул он в щель.
