Он посмотрел на вытянутые ноги Поля.
– С твидовым костюмом нельзя носить шелковые носки, – сказал он.
Мэдвиг поднял вытянутую ногу и посмотрел на свои щиколотки.
– Нельзя? А мне нравится носить шелк.
– Тоща не носи твидовые костюмы. Тейлора Генри уже похоронили?
– В пятницу.
– Ты был на похоронах?
– Да, – ответил Мэдвиг и добавил смущенно: – Сенатор попросил меня прийти.
Нед поставил бокал на стол, вытер губы белым носовым платком из нагрудного кармашка.
– Как поживает сенатор? – Он искоса взглянул на собеседника, не пытаясь скрыть смешинки в глазах.
Мэдвиг ответил, все еще смущаясь:
– Хорошо. Я провел с ним весь вечер.
– В его доме?
– Ага.
– А златокудрая сирена тоже там была?
Мэдвиг слегка сдвинул брови.
– И Дженет была там, – ответил он, засовывая носовой платок в карман.
Нед издал приглушенный смешок.
– Значит, она уже Дженет? Ты делаешь успехи.
К Мэдвигу вернулось самообладание. Он сказал спокойно:
– Я еще не потерял надежды жениться на ней.
– А она знает о твоих благородных намерениях?
– Побойся Бога, Нед, – запротестовал Мэдвиг.
– Сколько еще ты будешь меня допрашивать?
Нед рассмеялся, взял со столика миксер, потряс его и налил себе еще один коктейль.
– Как тебе понравилось убийство Френсиса Уэста? – спросил он, откинувшись в кресле с бокалом в руках.
Мэдвиг, казалось, не сразу сообразил, о чем он спрашивает.
– А… это тот парень, которого застрелили вчера вечером на Ачленд–авеню?
– Тот самый.
Голубые глаза Мэдвига опять смотрели недоуменно.
– Я его не знал, – сказал он.
– Он был одним из свидетелей против брата Уолтера Айвенса. А теперь второй свидетель, Бойд Уэст, боится давать показания. Так что этому делу крышка.
– Вот и прекрасно, – сказал Мэдвиг. Но потом на его лице появилось сомнение. Он согнул ноги в коленях и наклонился вперед. – Боится? – переспросил он.
– Да, или, точнее сказать, запуган.
Лицо Мэдвига как бы застыло в напряженном внимании, а глаза превратились в голубые льдинки.
– Что ты хочешь сказать, Нед? – спросил он резко.
Нед допил коктейль и поставил бокал на столик.
– После того как ты сказал Уолту Айвенсу, что не сможешь освободить Тима до выборов, он пошел со своим горем к Шеду О'Рори, – сказал он нарочито монотонно, как будто повторял урок. – Шед послал своих бандитов к Уэстам, чтобы вынудить их отказаться от показаний против Тима. Один из братьев не испугался, и они убрали его.
– А какое дело Шеду О'Рори до горя Тима Айвенса? – мрачно возразил Мэдвиг.
Нед потянулся за миксером.
