Дверь кабинета – а Дермот уже указывал на нее, как бы для иллюстрации своих соображений, – дверь кабинета распахнулась. Дженис Лоуз, заслоняя глаза рукой, появилась на пороге.
Видно было, что эта комната до сих пор ее пугает. Она быстро, по–детски взглянула на пустой вращающийся стульчик, вздрогнула, уловив отвратительный запах дезинфекции; но тихо вошла в кабинет, прикрыв за собой дверь. Ярко выделяясь черным платьем на белом фоне обшивки, она по–английски обратилась к Дермоту."
"– А я уж думаю, куда это вы подевались, – с упреком сказала она, – вышли в холл и – фьюить! – Она жестом изобразила, как они исчезли.
– Да–да, мадемуазель? – всполошился мосье Горон.
Дженис не обратила на него никакого внимания. Казалось, она собирается с духом и вот–вот взорвется. Но она еще долго молчала, вглядываясь в лицо Дермота, и только после этого со всей своей юной непосредственностью выпалила:
– По–вашему, мы жутко отнеслись к Еве, да ведь?
Дермот улыбнулся.
– По–моему, вы благородно ее защищали, мисс Лоуз.
Но вот ваш братец… – и тут, как он ни старался сдержаться, челюсти у него сжались сами собой, и в нем вспыхнула злость.
– Вы не понимаете нашего Тоби, – крикнула Дженис и топнула ножкой.
– Возможно.
– Тоби ее любит. Тоби – открытая душа с прямыми взглядами.
– Sancta simmmmplicitas!
– Это значит «святая простота», да? – тут же спросила Дженис. Она смерила Дермота взглядом. Она изо всех сил старалась сохранить свой всегдашний дерзкий и легкий тон.
– Ладно, мне–то что… Но вам не мешало бы войти и в наше положение. Ведь все–таки… – и она показала на вращающийся стульчик.
– Его нет, – продолжала Дженис. – Только об этом мы все и можем сейчас думать. Ну и вдруг ни с того ни с сего это обвинение… А мы не в том состоянии, чтобы спокойно ответить: «Что за нелепость, не может быть, и даже глупо это объяснять и доказывать». Тут не знаю, кем надо быть, чтобы так спокойно ответить.
Дермот не мог не признать, что она права.
Он улыбнулся, и это придало ей храбрости.
– Вот почему, – продолжала Дженис, – я хотела задать вам один вопрос. По секрету. Только по секрету, можно?
– Как же! – опередив Дермота, безмятежно отвечал мосье Горон. – М–м, где сейчас миссис Нил?
Лицо Дженис омрачилось.
– Выясняет отношения с Тоби. Мама и дядя Бен скромно удалились. Но вопрос, который я хотела задать… – Она запнулась, потом глубоко вздохнула и посмотрела прямо на Дермота.
