И потом, я хочу попробовать излечить ее от безотчетного ужаса, который внушает ей это место. Мы были на вечере в Питт-клубе и решили заехать сюда на обратном пути. Теперь ясно, что это была дурацкая затея. Здесь есть что-нибудь выпить?
– Только пиво.
– О Боже, Корделия, поищите! Ей сейчас нужно что-то покрепче.
– Крепкого ничего нет, но я могу приготовить кофе. А вы растопите пока камин. Там все готово.
Она положила фонарик на стол и зажгла керосиновую лампу, прикрутив фитиль пониже. Изабел она усадила в кресло у камина.
Девушку пробирала дрожь. Корделия принесла один из свитеров Марка и набросила ей на плечи. Заботами Хьюго огонь начинал разгораться. Корделия перешла в кухню, чтобы заняться кофе, и положила фонарик на подоконник так, чтобы он освещал плиту. Она разожгла одну из конфорок, взяла с полки банку с кофе, две кружки с голубой каймой и чашку для себя. Там же нашлось немного сахара. Из гостиной доносился голос Хьюго: взволнованный, утешающий, убеждающий – и односложные ответы Изабел. Не дожидаясь, пока кофе настоится, Корделия разлила его по чашкам и на металлическом подносе с изображением Эдинбургского замка принесла в гостиную.
Дрова уже занялись, и в камине весело гудел огонь.
Наклонившись, чтобы размешать сахар в своей чашке, Корделия заметила, что по верхнему полену, спасаясь от огня, бежит крошечный жучок. Взяв прутик, Корделия приставила его к полену, чтобы открыть ему путь к спасению. Но это движение перепугало насекомое еще больше. Оно повернулось и побежало еще быстрее навстречу губительному пламени.
Тепло камина и ароматный кофе – вряд ли подозреваемых в убийстве допрашивали когда-нибудь в таком комфорте. Даже страх Изабел рассеялся, и она казалась теперь совершенно спокойной.
Корделия обратилась к Хьюго:
– Вы сказали, что на Изабел это место наводит ужас. Почему?
– Она очень чувствительная девушка. У нее не такие крепкие нервы, как у вас.
«У красивой женщины не может не быть крепких нервов, – подумала про себя Корделия. – Иначе ей было бы слишком трудно жить» Но она видела, что ничего не добьется, пытаясь рассеять иллюзии Хьюго.
В его глазах красота была хрупкой и беззащитной. Чувствительность Изабел необходимо было оберегать. А сильные личности позаботятся о себе сами.
– Если верить вам, она только однажды здесь бывала раньше. В этой комнате умер Марк, но только не пытайтесь меня убедить, что она так переживает его смерть. Оба вы что-то знаете, и будет лучше, если вы расскажете мне об этом сейчас.
