Зек заговорил:
— В последний раз, когда мы были здесь, Рэкхем, вы потеряли самообладание и на собственной шкуре теперь, наверно, ощутили, к чему это привело.
Рэкхем не ответил. Он стоял, заложив руки за спину, с видом оратора, готового начать речь, но по выражению его лица я догадался, что руки его судорожно сжались.
— Присаживайтесь, — разрешил Зек.
Так как выбор мест для сидения был важной частью разработанного с Вульфом сценария, я сразу направился к самому дальнему стулу, чуть левее от стола Зека и почти на одном уровне с ним, а Редер занял ближайший стул справа от меня.
Рэкхему ничего не оставалось, как усесться на противоположный от нас стул. От Зека его отделяло футов двенадцать, так же, как и Редера, ну а я был чуть ближе.
Зек спросил Редера:
— Вы обсудили условия сделки?
Редер отрицательно покачал головой.
— Я считаю, будет лучше, если вы сами объясните мистеру Рэкхему суть нашего предложения. Но мне уже известно, что мистер Рэкхем желает точно знать, что предстоит ему делать.
— Он поднял с пола портфель, водрузил на колени и раскрыл.
— Об операции, — сказал Зек, — должны рассказать вы, поскольку вы ее придумали и будете руководить ею. Но вы правильно сделали, что подождали. — Он повернулся к Рэкхему. — Помните, о чем вы говорили в прошлый раз?
Рэкхем промолчал.
— Помните? — голос Зека прозвучал как удар хлыста. А он повысил тон лишь какую-то малость.
— Да, — еле слышно пролепетал Рэкхем.
— И помните, какую позицию вы тогда выбрали? Я бы никогда к вам не обратился, если бы со смертью супруги наше положение не изменилось.
Еще тогда я понял, что наступит момент, когда мы сможем этим воспользоваться, и вот час настал, во многом благодаря Редеру, который присутствует здесь. Нам нужна ваша помощь, и мы ее обеспечим. Что вы на это скажете?
— Не знаю. — Рэкхем облизнул пересохшие губы. — Я должен знать подробнее, что задумано.
Зек кивнул.
— Но сначала об обязанностях: вам придется признать, что существуют взаимные интересы — ваши и мои.
Рэкхем безмолвствовал.
— Вы согласны? — голос едва заметно повысился.
— Черт побери, конечно, я признаю!
— Хорошо. Приступайте, Редер."
"Редер вытащил из портфеля ворох бумаг. Одна из них отлетела в сторону, и я слез со стула, чтобы поднять ее. Думаю, он сделал это нарочно. Знал, наверное, наперед, что мои мышцы и нервы будут напряжены до предела, и предоставил возможность чуть расслабить их.
